Мужество любви [Автобиографический роман]

— В ресторане тоже, надеюсь?

— Предлагал. Ни за что!.. Прошли километров двадцать, не меньше! Получил о всех исторических местах исчерпывающую информацию… Должен сказать, Анна Максимовна отлично знает литературу, многих писателей.

— Ничего удивительного. Заведовала редакцией в «Литературном современнике».

— Ты знаешь, у нее в семье не все благополучно? — И притихшим голосом сообщил: — Разводится с мужем.

— Впервые слышу!

— Разводится… Причины мне не сказала, но я понял: он трудный человек, требует от нее невероятного, обвиняет в неведомых ей самой грехах. Одним словом, женщина на жизненном перепутье. Будь с ней пообходительней.

— Да у нас великолепные отношения! Я ценю ее как работника. Она действительно моя правая рука. Но… хм!.. выходит, что Анна Максимовна с тобой откровеннее, чем со мною?

— Ты — начальства. Соблюдает дистанцию.

Проводив Филиппа на вокзал, я вернулся в издательство. Сотрудники уже разошлись, Анна Максимовна задерживалась. Я пригласил ее в кабинет.

— Узнал от Наседкина… вы, оказывается, разводитесь с мужем? Что случилось? У вас же дочь… Не скрывайте, скажите по совести: в чем-нибудь нужно помочь?

— Нет, нет, ничего не надо. Я и Пахарев на поверку оказались несовместимой парой. Он весь в науке, я — в литературе. Потом… Я сердцем моложе… Не возникло, так сказать, гармонии духа. Оба — одинокие… Уже давно.

— Что ж, если брак был случайностью, то развод становится необходимостью… Простите, что вторгся в область личной жизни.

— Руководителю не мешает знать, чем дышат сотрудники и за стенами учреждения… — Она тут же переменила тему разговора. — Вы знаете, мне улыбнулся пятый этаж «Дома книги». Обязательно его «оккупируем»!

…Ночью раздался телефонный звонок. Поднял меня с постели Пенкин.

— Борис! Разбудил?.. Извини. Чрезвычайное обстоятельство. Послезавтра быть в Москве! По инстанциям твой приезд согласован.

— А в чем дело?

— Приедешь — узнаешь. Разговор не по телефону.

Сон улетучился. Я и Вера гадали: какое же это «чрезвычайное обстоятельство»?! Надо ехать.

— Ты должен выполнить особое поручение… вернее, один долг, — сказала Вера.

— Какой?.. Боюсь, для поручений у меня не останется времени… Догадываюсь: кофейник купить?

— Ничего подобного. Слуховой аппарат для Жукова. Ведь мучается человек. И вам сложно с ним, и ему с вами.

Пенкин весь светился:

— В полдень нас ждет художественный руководитель Малого театра Константин Александрович Зубов. Прочитал «Крепость», намерен ставить спектакль! Как будто драматическую «крепость» на сей раз удастся взять!

— Думаешь?.. Не очень ли мы самонадеянны?

Константин Александрович был краток.

— Пьеса ко времени, исторический экскурс злободневен, образы выписаны не декларативно, не ходульны, а вполне реалистические. Даже есть, по-моему, ростки дерзновения!.. Я разговаривал относительно нашей пьесы с секретарем ЦК партии Александром Сергеевичем Щербаковым. Он одобрил наше намерение ставить «Крепость» на сцене Малого, попросил почитать. Я отослал ему пьесу.