Церковь и политический идеал

«Слово сказанное есть ложь», – говорят мудрецы. Право действующее есть также всегда более или менее ложь в сравнении с правовым идеалом, который хранит в себе христианство. Право позитивное всегда акцентирует внимание на тех аспектах, которые представляются значимыми в «это» время и в «эти» дни. Короче говоря, оно всегда ограничено по своей природе, и этот недостаток восполним только единой нравственностью и единым толкованием действующего права на основе единоверия.

Игнорируя нравственный идеал, хранимый Церковью, мы не построим гармоничного общества, хотя и ставим себе это первой задачей. Имея его в своем сознании, проникаясь им духовно, мы приближаемся к нему, делаем бремя несения общественных повинностей и служения власти благородным, нравственным занятием, необходимым для самого естества свободного человека. В первом случае государство склоняет человека к греху, создавая искусственные учреждения и формируя правопорядок, не соответствующий истине. Во втором случае государство, стремясь к правде, создает человеку условия нормального духовного развития, реализации его дарований на служение всем и себе лично.

Если вера представляет собой лишь субъективное право каждого гражданина верить в то, что ему нравится, т.е. свободу вероисповедания, и этот принцип заложен в самой основе правового, конституционного государства, то как можно оценить действия, например, святого и равноапостольного князя Владимира, единолично приведшего Русь к христианству? Как можно оценить поступки святого и равноапостольного Константина, в годы правления которого христианство легитимно вошло в Римскую империю?

Только как противоправные, грубейшим образом нарушающие «естественные» права личности, с точки зрения светской науки права. Нужно было бы, по примеру демократического, правового и светского государства, организовать всенародный референдум, правильно сформулировать вопросы, разрешить сторонникам иных религиозных конфессий распространять свои воззрения; подсчитать голоса, разработать и внести в парламент проект соответствующего закона, принять его и т.д. Отказ от этого «идеала», с точки зрения светской правовой доктрины, допустим лишь при условии снисходительной скидки на «историческую эпоху», когда эти события проистекали: мол, тогда было «такое» время, темное и невежественное. Представляется, что если бы эти события проистекали не в те далекие века, а в наше время, процесс принятия религии, перевернувшей государственную жизнь человечества, происходил бы именно по тому анекдотическому сценарию, который мы предложили читателю выше.