Небесная голубизна ангельских одежд [litres]

В Музее искусств Цинциннати хранятся иконы из собрания Байарда Ливингстона Килгура (Bayard Livingston Kilgour, 1904–1984)[1543]. В Цинциннати эти иконы выставлялись уже в 1930 году, но в собственность музей получил их только в 1999 году после смерти и по завещанию супруги Килгура. Газетные публикации 1930‐х годов и интервью, взятые у супругов в разные годы, дают противоречивые сведения о происхождении этой коллекции. То говорится, что Килгур купил иконы в 1925 году, когда, будучи студентом Гарварда, работал над диссертацией в России; то – что он купил их в России в 1925, 1927 и 1929 годах, когда навещал своих друзей, «бывших аристократов»; а то и вовсе – что он купил всю коллекцию целиком в конце 1920‐х годов у «доктора Девриента»[1544] из Германии, а тот в свою очередь собрал иконы, когда находился в России в годы «войны и революции». Возможно, что иконы попадали к Килгуру все эти годы из всех перечисленных источников. Кроме того, известно, что он порой покупал иконы в 1960‐е годы в США на аукционах. Подтверждений тому, что к Килгуру попали иконы из сталинского экспортного фонда, нет: на обороте икон нет ни номеров «Антиквариата», ни этикеток Мосторга. Однако многие иконы Килгура сохранили на обратной стороне экспортный штамп Главнауки с разрешением на вывоз. Это указывает на то, что иконы куплены не в государственном магазине, а у частного лица. Таким образом, «сталинских посланцев» в этом музее нет.

Собрание Килгура было одним из самых ранних и больших из тех, что американцы купили в СССР и привезли в США. В 1934 году Килгур передал Музею искусств Цинциннати 70 икон для временной экспозиции, которая просуществовала до 1940 года. После этого иконы находились в его доме. В это же время часть икон была послана Хаммеру в Нью-Йорк, где они, возможно, прошли реставрацию и обрели киоты. В 2002 году Венди Салмонд составила заключение и рекомендации Музею искусств Цинциннати о собрании Килгура. Она считала, что собрание представляет смесь произведений высокого художественного значения и «скромных по значимости» икон, но рекомендовала оставить в музее всю коллекцию целиком как пример исторического и культурного феномена, сформировавшегося в уникальный период истории. Однако в музее посчитали, что держать всю коллекцию нецелесообразно. В наши дни в электронном каталоге музея числятся 21 икона на дереве[1545], 13 металлических образков, крест зеленого камня и две шитые иконы. Показательно, что официальных датировок ни у одной из них нет. Видимо, в музее побывали «эксперты», которые, следуя практике Тетерятникова, все оптом клеймят как фальшивки. В собрании Килгура были и другие ценности – картина Архипова, акварели Леона Бакста, более 20 «фаберже» (фигурки животных, портсигары и др.), а также серебряный сервиз на 30 персон с клеймом «Alex Gueyton», сделанный для семьи Юсуповых. В наши дни в музее выставлены лишь несколько декоративных предметов из коллекции Килгура. Иконы не выставляются.