Раскаявшийся муж [ЛП]

Выйдя в патио, она пошла на встречу Брайсу, с радостью ощущая на лице теплые солнечные лучи. Она взяла с лежака детское полотенце с рисунком из мультика «В поисках Немо» и обернула им Кайлу, когда муж передал малышку. Крепко обняв дочку, она слушала, как та рассказывает о плаванье, ее папе и прочих очень важных для полуторогодовалого ребенка вещах, кивала и качала головой в нужных местах, при этом остро осознавая присутствие Брайса. Под его пристальным взглядом ей стало неуютно.

– Как ты себя чувствуешь? – тихо спросил он.

Бронвин улыбнулась и пожала плечами.

– Выспавшейся.

Казалось он хотел что-то добавить, но потом просто кивнул.

– Хорошо. Надеюсь, ты голодна. Ты, как раз, к обеду.

Он указал на стол в другом конце патио, на который Селеста как раз ставила аппетитного вида блюда.

– Голодна. – Бронвин приветливо кивнула улыбающейся Селесте, когда та уходила, и пошла к столу.

Устроив Кайлу в высоком детский стульчике и поставив перед ней пластиковую тарелку с ложкой, она села рядом.

– Она маленький поросенок, – поморщившись, сказал Брайс, и Бронвин усмехнулась, поняв, что это он узнал на собственном опыте.

Большая часть еды Кайлы оказалась на ней и на тех, кто оказывался рядом, но малышка упорно отказывалась, чтобы ее кормили, заявляя, что может сама. Упрямство она унаследовала от отца, и Бронвин хотелось бы видеть их противостояние. Для Брайса должно быть в новинку столкнуться с кем-то таким же упрямым, как он. Особенно если этот упрямец маленькая девочка.

– Знаю, – улыбнулась Бронвин. – Обычно я накладываю побольше, надеясь, что в рот попадет столько же сколько она проносит мимо, но иногда приходится брать быка за рога и кормить ее самой.

– А еще она обожает мороженое, – Брайс скривился, словно вспомнил, что очень неприятное.

– Похоже, ты узнал еще одно ее любимое занятие?

– Если ты о рисовании пальцем, то да.

Бронвин рассмеялась.

– Мороженное, особенно шоколадное, ее любимая краска, – торжественно заявила она.

– Я думал Селеста уволиться, после того как Кайла разрисовала стены кухни, но у нее, кажется, терпение святой.

– Надеюсь, ты поругал Кайлу за эти художества?

Когда Брайс покачал головой, она нахмурилась.

– Она проверяет тебя. Кайла знает, что нельзя пачкать стены. Она бы никогда не сделала так до… – Бронвин оборвала себя, понимая, что слово «дом» может нарушить хрупкий мир между ними. – Она бы не сделала такого в нашей старой квартире. Ей хочется проверить, сколько здесь ей сойдет с рук. Ты должен быть тверд с ней, Брайс. Не позволяй ей крутить собой.