Избранные произведения. I том
- Автор: Кард Орсон Скотт
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Интернет-издание (компиляция)
- Переводчик: Елена Юрьевна Михайлик
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Избранные произведения. I том». Краткое содержание книги:
В первую очередь известен благодаря серии романов об Эндере, посвящённой межзвездной войне и контактам человечества с инопланетными цивилизациями. Невероятные хитросплетения сюжетов и неожиданные развязки — взять хотя бы, к примеру, истории о человеке, которому суждено пережить тысячу смертей, о мальчике-суперкомпьютере, о смертельно опасных играх на скоростном шоссе или о девочке-инвалиде, удивительно поющей во сне — характерны практически для каждого произведения Карда. Но даже для искушенных любителей фантастики необычные, зачастую парадоксальные рассказы признанного мастера жанра, яркой звезды на литературном небосклоне конца XX столетия, станут настоящим открытием — быть может, неожиданным, но, безусловно, завораживающим.
Содержание:
Эндер Виггин (цикл)
Звёздные дороги (истории из вселенной Эндера)
Виггин не ответил.
— Какой нам смысл жить как жукеры? — продолжал Динк. — Они-то точно не празднуют день Синтерклааса.
— Людям свойственно время от времени устраивать резню, — заметил Виггин. — Так что, возможно, пока мы не победим жукеров, нам стоит попытаться быть чуть менее… человечными.
— И возможно, — добавил Динк, — солдаты сражаются за то, что им дорого. А дороги им их семьи, их традиции, их вера и их нация, — все то, что нам не позволено иметь здесь.
— Может, мы сражаемся для того, чтобы вернуться домой и найти там все вышеперечисленное, — заметил Виггин.
— Кто знает, может, никому из нас вообще не придется сражаться, — сказал Флип. — Не похоже, что мы занимаемся чем-то настоящим.
— Могу сказать, что тут настоящее, — улыбнулся Динк. — Вчера я был помощником Синтерклааса.
— Наконец-то признаешься, что ты эльф? — улыбнулся в ответ американец.
— Сколько в Боевой школе ребят из Голландии? — спросил Динк. — Синтерклаас — явно символ культурного меньшинства, верно? Ничто по сравнению с Санта-Клаусом.
Розен слегка пнул Динка по ноге.
— Динк, к чему ты клонишь?
— Но Санта-Клаус — не религиозная фигура. Никто не молится Санта-Клаусу. Он чисто американский.
— И канадский тоже, — возразил другой мальчик.
— У англоговорящих канадцев, — поправил кто-то еще. — Для некоторых он — Папа Ноэль.
— Рождественский дед, — сказал мальчишка-британец.
— Вот видите? Он не христианский символ, а национальный, — подытожил Динк. — Одно дело — подавлять проявления религиозности, но совсем другое — пытаться стереть национальные различия. Во флоте полно людей, преданных своим нациям. Никто не заставляет голландских адмиралов делать вид, будто они не голландцы. Они бы такого не потерпели.
— Нет никаких голландских адмиралов, — заявил британец.
Не то чтобы Динка злили подобного рода идиотские замечания — ему вовсе не хотелось кого-то ударить, не хотелось даже повышать голос. И все же ему бросили серьезный вызов, который нельзя было оставить без ответа. Нужно было сделать что-то такое, что не понравилось бы другим — хотя он понимал, что лишь создаст себе проблемы и ничего в итоге не добьется.
— Они сумели задушить наш голландский праздник, потому что нас мало, — сказал Динк. — Но пришло время настоять, чтобы нам позволили соблюдать наши национальные обычаи, как и любым другим солдатам в Международном флоте. Рождество — священный день для христиан, но Санта-Клаус — светский символ. Никто не молится Санта-Клаусу.
— Разве что малыши, — рассмеялся американец.
— Санта-Клаус, Рождественский дед, Папа Ноэль, Синтерклаас — все они, конечно, ведут свое начало от христианского празднества, но теперь стали национальными символами Рождества, и даже те, кто не верит в Бога, все равно отмечают этот праздник. Двадцать пятого декабря — день, когда все дарят друг другу подарки, и не важно, верующий ты христианин или нет. Нам могут запретить религиозные обряды, но не могут помешать дарить подарки в день Санта-Клауса.
Некоторые засмеялись. Некоторые задумались.
— Похоже, ты собираешься вляпаться в серьезное дерьмо, — заметил кто-то из ребят.
— Бррр, — поморщился Динк. — С другой стороны, я и так постоянно в нем живу.
— Даже не пытайся, — со злостью бросил кто-то. Это был Зак.
— Думаю, твоя позиция нам уже известна, — сказал Динк. — Именем Христа запрещаю тебе нести сюда Сатану.
Все тут же перестали улыбаться и замолчали.
— Знаешь, Зак, — продолжал Динк, — ты только что гарантировал поддержку моему движению за права Санта-Клауса.
Зак, похоже, не на шутку испугался — но не Динка.
— Не смейте насылать проклятие на собственные головы!
— Я не верю в проклятия — только в благословения, — ответил Динк. — И уж точно не верю, что буду проклят за то, что стану дарить людям подарки от имени Санта-Клауса.
Зак слегка успокоился, но продолжал озираться по сторонам.
— Религиозные обряды запрещены для всех.
— И тем не менее ты соблюдаешь заповеди своей религии, — сказал Динк. — Всякий раз, когда ты отказываешься стрелять в Боевом зале. Знаешь что, придурок? Если ты против нашей небольшой революции имени Санта-Клауса — мы требуем, чтобы ты стрелял и выводил других из строя. Иначе ты всего лишь обычный лицемер, набожный ханжа и лжец.
Динк разошелся не на шутку — многим уже становилось не по себе.
— Хватит, Динк, — пробормотал кто-то.
Кто? Естественно, Виггин. Великий миротворец. Динк почувствовал волну нарастающей злости.