Зарубежная литература средних веков. Хрестоматия

Как только поп разбогател, В своих мечтах безмерно смел, Он возымел стремленье Без устали, без лени Богатства большего добиться. И к Каролингам быстро мчится На скакуне наш поп Амис. Огни Парижа вдруг зажглись Пред ним. Вошел он в тронный зал И прямо королю сказал: «Коль помощь вам нужна моя, Помочь вам буду счастлив я». Король изрек: «Мы знать должны, В каком искусстве вы сильны». «Я так рисую, — поп в ответ, — Что труд мой хвалит целый свет. Я изобрел, признаюсь вам, Искусство рисованья сам. Лишь я один владею им — Оно неведомо другим. Отлично я б нарисовал И ваш дворец, и этот зал, Нарисовал бы ряд картин, Каких не видел ни один Из смертных. Только прикажите, — Я покажу их вам и свите, Чтоб каждый рыцарь благородный И дама, если им угодно, Могли их видеть. Пусть на миг К ним подойдет дитя, старик, Пусть будет честен и умен, И добр, и простодушен он, — Удастся увидать картину Такой лишь дочери иль сыну, Что в честном браке рождены От мужа и его жены. Кого ж бесчестит их рожденье, Те ничего в моем творенье, Клянусь, вовек не разберут. И, коль угоден вам мой труд, Я буду счастлив мастерство Открыть искусства моего». «Охотно», — властелин сказал. Потом в великолепный зал, Где был высокий белый свод, Правитель мастера ведет, Велит все осмотреть, измерить, Чтоб мог король расчет проверить: Во сколько обойдется дело, Коль зал распишет он умело. И поп Амис сказал тотчас: «Король мой, так возносят вас, Так хвалят жизненный ваш путь, Что выдать мне каких-нибудь Три тысячи решитесь вы. К тому ж, поверьте мне: увы, Они покроют лишь расход — И грош в карман мой не пойдет». Король сказал: «Клянусь — я вам, Коль захотите, больше дам, Лишь только б стоил труд награды. Но буду строг — немедля надо Работу вам начать свою: Я даром денег не даю!» И весело ответил поп: «Согласен я, но только чтоб, Пока я все не распишу, Никто — я вас о том прошу — Не заглянул ни разу в зал. Коль будет все, как я сказал, Так в шесть недель или быстрей Заказ исполню. У дверей Велите вывесить приказ, — За роспись я возьмусь тотчас». «Все будет так, — король в ответ, Как вы сказали, спору нет. Заприте двери на запор, Двум часовым — нести дозор, Чтоб до меня моих картин Вассал не видел ни один. На шесть недель я удалюсь И вновь с придворными вернусь. Когда приеду я домой, То обещаю, мастер мой, Что каждый рыцарь, как я сам, Вручит свою награду вам, Едва приблизится к картине. Коль буду я здоров, как ныне. Все те, над кем я властелин, Прибудут на осмотр картин, Чтоб каждый был осведомлен, В законе ль он святом рожден И отберу я лен у тех, — Бог видит! — чье зачатье грех». Король дворец оставил, Со свитой путь направил Далеко, в глубь страны спеша А поп, с собою взяв пажа, Чтоб был помощник под рукой, Пошел расписывать покой. Я вам скажу, как начал он: Велел ряды больших окон Закрыть, позволив одному Пажу остаться своему. Всем прочим запрещен был вход. Вино и рыбу, мясо, мед И все, в чем поп нуждаться мог, В покой внесли на долгий срок. А что ж он делал целый день? Сидел, лежал, бродил, как тень,