Николай Вавилов. Ученый, который хотел накормить весь мир и умер от голода
- Автор: Прингл Питер
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: Альпина Паблишер
- ISBN: 978-5-9614-3450-7
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Николай Вавилов. Ученый, который хотел накормить весь мир и умер от голода». Краткое содержание книги:
Воссоздавая историю того, как величайшая гуманитарная миссия привела Николая Вавилова к голодной смерти, Питер Прингл опирался на недавно открытые архивные документы, личную и официальную переписку, яркие отчеты об экспедициях, ранее не публиковавшиеся семейные письма и дневники, а также воспоминания очевидцев. Глубоко человечный и яркий рассказ рисует очень живой образ блестящего ученого, жизнелюба и подвижника, до самых последних дней не расставшегося со своей великой мечтой.
Железные дороги не справлялись с растущим масштабом военных перевозок, и вскоре начался дефицит всего – топлива, тканей и даже табака, к которому пристрастился Иван Ильич. Цены в городах росли, а жителям сельских районов вокруг Санкт-Петербурга (переименованного в 1914 году в Петроград) и Москвы едва хватало еды.
Утром после завтрака подкатил автомобиль министерства. Иван Ильич, как обычно, встретил его, стоя навытяжку на пороге дома. На нем был привычный ладный серый шерстяной костюм и фетровая шляпа в тон.
Домочадцы тоже пришли попрощаться – старушка-приживалка Рубцова, молодая женщина-медик Мария Павловна и домашний учитель музыки Дубинин по прозвищу Львиная Грива, которым он был обязан буйной шевелюре. Он учил игре на фортепиано только дочерей; Иван Ильич считал, что мальчикам обучаться музыке зазорно[69].
Даже Катя вышла сказать «до свидания» из дома № 11 по соседству, одноэтажного углового особняка с мезонином на углу Средней Пресни и Предтеченского переулка. Николай Иванович прошагал между домами. На нем был нарядный костюм и шляпа-двухкозырка. Такие пробковые шлемы защитного цвета носили британские офицеры в Африке и Индии. «Это моя шляпа “здравствуйте-прощайте”», – со смехом объяснил он племяннику, Александру Ипатьеву[70]. Вавилов в очередной раз погонялся за племянником по фруктовому саду и снова прочел Александру его любимый стишок:
Александру всегда нравилось декламировать этот стишок на пару с дядей Колей. Позже он напишет, что быть таким, как дядя Коля, как он звал Николая Ивановича, стало «девизом его жизни».
Николай Иванович проследил, как шофер положил его дорожный чемодан в машину, перекинул через плечо коричневую кожаную полевую сумку для образцов растений, обнял по очереди всех родных и пустился в дорогу.
От Средней Пресни автомобиль повернул к Курскому вокзалу[71] и подвез пассажира к поезду, идущему в Туркестан; он доставит Вавилова в Ашхабад. Улыбаясь, Николай Иванович откинулся на сиденье. Его служебная командировка началась. Он ехал на фронт не для того, чтобы стрелять в немцев, австрийцев или турок. Он отправлялся собирать коллекцию растений. Это миссия поважнее, чем сражаться в мировой войне.
Вавилов был рад представившейся возможности, о которой уже некоторое время мечтал. Перспектива оказаться на передовой его не пугала. Он направлялся в официальную оплаченную экспедицию в Северный Иран. Если его расчеты верны, то он сможет найти там редкий вид пшеницы, исключительно устойчивый к мучнистой росе, заражавшей посевы на севере России.
Найти причину отравления войск было не так уж сложно, догадывался Николай Иванович. Он, вероятно, смог бы поставить верный диагноз, не выходя из «Петровки». Изучая сельскохозяйственные культуры в Закаспийской области, на границе России с Ираном, несколькими годами ранее, молодой Вавилов обнаружил, что пшеница в тех краях сильно засорена ядовитым плевелом Lolium temulentum L. Испеченный из нее хлеб вызывал состояние опьянения, похожее на то, о котором докладывали армейские чины. Вавилов быстро решил «загадку» заболевания.
Хотя его командировка была военной, он настоял на статусе гражданского специалиста и подчинялся приказам Министерства сельского хозяйства, а не военного ведомства.
В Персии Вавилов купил трех лошадей, нанял проводника и направился вглубь страны, к Хамадану и Керманшаху. Летний воздух был наполнен ароматом персидского клевера-шабдара – в Иране его используют как кормовое растение. В горах вокруг Мензиля Вавилов наткнулся на заросли дикого многолетнего льна. В Гилянской провинции он обнаружил рис особенно высокого качества, удивительным способом выращенный на полях без сорняков. Николай Иванович охотно зачерпнул пригоршню зерен – взять с собой в Москву.
69
Ипатьев А. Н. Страницы воспоминаний // Очерки. – С. 91–107.
70
Там же. – С. 94.
71
В те годы он назывался Курско-Нижегородским. – Прим. ред.