Дарвиновская революция
- Автор: Рьюз Майкл
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-17-107266-7
- Переводчик: Виктор Спаров
- Жанр: Религиозные исследования
Электронная книга - «Дарвиновская революция». Краткое содержание книги:
Автор дает подробный и беспримерный по детализации обзор естественнонаучных и религиозных представлений, которые господствовали в просвещенном мире до того, как теория Дарвина заняла свое место в научной картине. Он также описывает драматичные сдвиги, имевшие место в период становления нового мировоззрения, и всесторонне анализирует его влияние на то, как мы рассуждаем сегодня.
В формате a4.pdf сохранен издательский макет.
Значит ли все это, что эволюционизм сегодня – не более чем популярная наука, нечто, что надлежит размещать лишь в музеях и выставочных залах и что неспособно достичь высот, соразмерных с физикой и химией? За прошедшие годы многое изменилось. С появлением в 1930–1940-е годы синтетической теории были предприняты решительные усилия к тому, чтобы повысить статус эволюционных исследований. Эволюционисты хлынули в университеты, стали создавать исследовательские команды, набирать студентов и получать гранты, основывать профессиональные журналы и другие издания – короче говоря, сделали это и многое другое, с чем мы ассоциируем деятельную зрелую науку (Кейн, 1994). Но, проводя эксперименты исследования, выдвигая теории, они в то же время работали не покладая рук, чтобы устранить из своей науки те культурные аспекты, которые делали эволюцию столь привлекательной для викторианцев.
Этот отход от популярной, массовой культуры не всегда был легким, ибо эти люди – в частности, Добжански и его соратники – разделяли с современниками многие викторианские ценности относительно прогресса и всего прочего. Они высоко ценили труды внука Томаса Генри Гексли, Джулиана Гексли, который был полон решимости сформулировать прогрессивистский секулярный гуманизм, основанный на принципах эволюции. Хотя работа Джулиана «Религия без откровения» была встречена с пониманием и восторгом, она откровенно дистанцировалась от нового профессионального эволюционизма. Обычный компромисс, к которому прибегают в подобных случаях, – это написать две книги: одну профессиональную, а другую популярную, причем из последней изымается вся математика (не великий труд!), добавляется культура, а сама книга снабжается биркой (для читателя), что это популярное издание. В этом отношении палеонтолог Джордж Симпсон был просто мастером: его труд «Темпы и формы эволюции» (1944) был профессиональным; «Значение эволюции» (1949) – популярным, с акцентом на прогресс, демократию и ценности интеллектуальной жизни; а затем все по-новому: труд «Основные признаки эволюции» (1953) опять профессиональный.
И все же, несмотря на все эти труды, временами я чувствую, что наследие (Томаса Генри) Гексли дает о себе знать. Ребенок навсегда прощается с родителем, но иногда в полусвете кажется, будто время остановилось. Взгляд, или жест, или тон вызывает лавину воспоминаний. Нет сомнений в том, что эволюционизм сегодня представляет собой нечто гораздо большее, чем просто профессиональную лабораторную науку. Вспомним, сколь популярны фильмы, подобные «Парку юрского периода», которые свидетельствуют о том, что мы, люди, живущие в конце XX столетия, восхищаемся, пленяемся и пугаемся динозавров не меньше, чем наши прапрапрабабушки и прапрапрадедушки. Вспомним, что наука по-прежнему натыкается на противодействие религии или входит с ней в конфликт, и происходит это во многом благодаря усилиям таких антиэволюционистов, как библейские буквалисты, фундаменталисты или креационисты, усилиям, которые, например, привели к принятию в США законов, требующих преподавания в школах Книги Бытия наравне с теорией эволюции, причем это случилось вскоре после первой публикации «Дарвиновской революции» (Рьюз, 1988).
По-прежнему остается страх, что эволюционизм в глазах многих людей выглядит даже не как профессиональная лабораторная наука, а как нечто еще менее значительное. Каждый, кому пришлось проходить курс биологии в колледже, слишком хорошо знает, что всегда после этого курса следует курс по биохимии: он считается необходимым для поступления в медицинский институт, а потому вытесняет курс по общей эволюции, который считается необязательным. Знаменателен тот факт, что в сегодняшней Америке факультетов молекулярной биологии в десять раз больше, чем факультетов истории эволюции (которую обычно связывают с экологией). И дело не только в малом количестве грантов по этой дисциплине, но и в отсутствии должного уважения к ней: в глазах многих ученых старой закалки эволюция по-прежнему слишком «философична», если употреблять этот термин в научно-популярном смысле «второсортности», и пригодна лишь для неполноценных людей или стариков.