Мобилизованное Средневековье. Том 1. Медиевализм и национальная идеология в Центрально-Восточной Европе и на Балканах

Для стран албанского круга выбор Скандербега в качестве ключевого национального героя легко объясним: Скандербег затмевает собой всех других героев албанского Средневековья и является, пожалуй, самым известным персонажем балканской истории за пределами региона. Босния продолжает следовать еще югославской традиции, которая настаивала на «боснийскости» династии Котроманичей[1082]. В Сербии все еще актуальны герои косовского цикла, которых постепенно вытесняют Неманичи. Для создания образа Средневековья в македонских школьных учебниках, помимо «славянского» королевича Марко, обращаются и к албанскому Скандербегу; царь Самуил[1083] при этом практически не упоминается, хотя его включение в македонский пантеон героев было бы ожидаемым ввиду активной академической и политической полемики вокруг его наследия в современных Македонии и Болгарии[1084].

В большинстве анализируемых учебников «конец» Средневековья трактуется, исходя из сложившейся балканской традиции, как «Османское рабство» и обозначается началом деятельности будителей, то есть применяется модель «долгого» Средневековья, тянущегося до XVIII в. включительно. Однако формально в ряде учебников (особенно это акцентируется в Боснии[1085]) именно 1492 г. упоминается в качестве рубежа Средних веков и раннего Нового времени. Несмотря на это, раздел, посвященный периоду Средневековья, как правило все равно охватывает события вплоть до XVIII столетия. Албанские и косовские учебники придерживаются другой традиции, в рамках которой XVI в. ознаменовал окончание эпохи борьбы против османской экспансии (а вместе с этим — и завершение средневековой истории), что привело к концу существования албанской государственности. Особенное внимание также уделяется 1453 г. — году падения Константинополя, что наиболее заметно в македонских учебниках[1086].