Христос приземлился в Городне (Евангелие от Иуды)
- Автор: Короткевич Владимир Семенович
- Год: 2011
- Язык: русский
- Переводчик: Петр Жолнерович
- Жанр: Классическая проза
Электронная книга - «Христос приземлился в Городне (Евангелие от Иуды)». Краткое содержание книги:
Первыми в этой процессии шли дети невинного возраста, наряженные ангелами; белые, полупрозрачные одежды, наплоённые волосы, крылья из радужного материала и восковые свечи в руках. За ними — пятьдесят девушек из богатых семей, также в белом и также со свечами. Они должны были всю дорогу петь отправные молитвы. За девушками шли монахи, одетые в белые и чёрные саваны с дырками, прорезанными на месте глаз, а за ними шагали латники.
Высшее духовенство должно было выйти процессией навстречу уже возле самой Воздыхальни.
Тронулись с места часов в девять утра, но было уже нестерпимо жарко. Весь предыдущий день и всю ночь созревала, видимо, да так и не вызрела гроза. Пыль столбом поднималась под ногами, невидимыми были в свете солнца огоньки над воском свечей, блестела сталь и медь, колыхались кресты в руках монахов, ангельскими голосами пели отправные молитвы девственницы.
Прочитали от имени суда приговор, в котором говорилось об издевательстве над церковью и о покушении названного Христа на истинную веру, о том, что названного Христа магистрат, которому церковь того Христа отдала, приговорил (при одном возражавшем, бургомистре Юстине) покарать, с лживым своим крестом, милосердно и без пролития крови.
Латник хлестнул Юрася бичом, чтобы лучше запомнил.
— Ясно, — отозвался тот, вскидывая на плечо тяжёлый крест. — Чего бы они ещё пролили? Кровь они выпили давно, и из меня, и из людей.
И пошёл по Взвозу вверх. Очень-очень медленно. Тяжело было, да и спешить не было причины.
Лотр ещё час тому назад отослал к Жабе гонца. Около Воздыхальни уже два дня назад были подготовлены поленница дров и столб, и поведение войта, отказавшегося скрепить использование костра своей подписью, выглядело, по меньшей мере, странно. Надо было узнать, что это означает, и, если войт подписывал конфирмацию пьяным, добиться, чтобы зачеркнул свою подпись и возвратился к старому своему предложешно, к каре огнём.
Кардинал стоял на замковом гульбище вместе с Босяцким, Комаром и светскими властями, ожидал, слушал, как долетают от Немана ангельские песнопения, и смотрел, как повсюду — на башнях, на крышах, на стенах, на шпилях, в окнах и на решётках врат — стоит, висит, льнёт, шумит, шевелится народ.
А по Взвозу ползла и ползла вверх пёстрая и пыльная уже змея процессии. Братчику было мучительно тяжело идти. Солнце жгло, ноги вязли в пыли и песке, которые были за лето стократ перемешаны ногами, колёсами грузовых повозок, копытами коней. Вся торговля Городни проплывала от кораблей к складам и от складов к кораблям по этой дороге. На всю эту торговлю он, Юрась, и посягнул, им она была продана.
Тяжело идти. Пот льёт со лба. Если бы воткнули в рот кляп, как предлагали, не взошёл бы. Это и заставило их отказаться. Это и ещё то, что хорошо организованный «справедливый гнев народный» заглушит любые его слова, если бы даже и вздумал бросать их людям. Тяжело! Огромный крест сгибает почти пополам. Вот и конец комедии, на участие в которой его силой толкнули несколько месяцев назад.
Как раз в это время к гульбищу подлетел гонец, спрыгнул с коня, взбежал по ступеням, начал шептать что-то на ухо Лотру.
— Кто? — побагровел тот.
— Неизвестно. Утром только и нашли. Не любил он, если его от того занятия отрывали. Говорят, монах какой-то заходил.
Лотр и Босяцкий смотрели на толпу. Монахов под капюшонами там было действительно неисчислимое множество — чудовищная сила.
— Может, осмотреть всех? — тихо спросил доминиканец.
— От вас, говорили, монах, — ещё тише добавил гонец.
Пёс Божий побледнел:
— Нет-нет... Не будем... Этого ещё не хватало, чтобы думали: это я руку приложил. А мне зачем? Мне с ним удобно было. Больше уж мы такого глупого войта не найдём, не тем пускай будет помянут покойник... Хорошо, ступай.
Они смотрели бы на толпу ещё с большим страхом, если бы знали, сколько среди людей в рясах лжемонахов, которые не понимали по-латыни ни слова, никогда не жили в кельях и не проходили пострига.
— Так что ж, — вздохнул Лотр. — Подпись изменена не будет. Костёр?
— Костёр покойник не одобрил. Виселица.
Босяцкий улыбнулся:
— Слишком легко думаете его жизни лишить.
— Не знаю других способов, чтобы без пролития крови.
Мних-капеллан зашептал что-то ему на ухо. Лотр поджал губы:
— Не будет ли слишком похоже на того? Опасное подобие. Суеверие человеческое лишь того и ждёт. Такие слухи да легенды пойдут.
— Чепуха. Зато устрашающе. И не хуже ли костра. Там что, наиболее час. А тут — наименее сутки.