ХX век: проработка прошлого. Практики переходного правосудия и политика памяти в бывших диктатурах. Германия, Россия, страны Центральной и Восточной Европы

За другими легендами и мифами, продуцируемыми властью, скрывается желание подменить историческую память, переложить ответственность за советские преступления на другие страны. Так, в 2017 году в мемориальном комплексе на месте массовых расстрелов польских офицеров, проводившихся органами НКВД в 1940 году в Катыни (правда об этом десятилетиями скрывалась), были размещены информационные стенды со сведениями о красноармейцах, погибших в польском плену в 1919–1922 годах, хотя к Катынскому лесу эти факты не имеют никакого отношения. Через подобный «перехват» повестки у мемориального комплекса, чтущего память убитых по приказу Сталина поляков, вина за конкретное преступление размывается и релятивизируется. Как подчеркивает глава польской комиссии общества «Мемориал» историк Александр Гурьянов, «это еще одна манипуляция — с целью отвлечь внимание посетителей катынского мемориала от его главного назначения: увековечения памяти жертв сталинского террора, навязать образ Польши как неизменно враждебной нам страны и этим подтолкнуть к оправданию расстрела польских военнопленных»[1418].

Другим примером «захвата» повестки и переноса ответственности стали раскопки, начатые РВИО в августе 2018 года в карельском урочище Сандармох — месте массовых захоронений жертв советского террора. Заявленной целью раскопок стал поиск якобы расстрелянных там финнами в годы Второй мировой войны советских военнопленных (никаких документальных подтверждений тому, что в Сандармохе подобные расстрелы военнопленных производились, не существует). Эти раскопки совпали с повторным арестом карельского историка Юрия Дмитриева, открывшего место расстрела в Сандармохе и создавшего там мемориал жертвам сталинского террора[1419]. Для многих наблюдателей и гражданских активистов очевидно, что преследование Дмитриева вызвано местью за его упорную деятельность по сбору имен репрессированных и их палачей и что раскопки РВИО — это попытка переформатировать мемориальный комплекс, привлекший в последние годы, благодаря усилиям карельского историка, нежелательное для властей общественное внимание[1420].