Прощание с Византией [publisher: SelfPub]

Ввиду надвигавшейся беды генуэзцы и венецианцы на время забыли прежние обиды и создали оборонительный союз, а папа Климент VI призвал к Крестовому походу для освобождения Кафы. Вождем нового похода должен был стать Польский король Казимир III Великий (1333—1370), для которого наличие Галицкой митрополии имело большое значение. А потому патриарх и царица решили пойти на некоторые уступки латинянам, санкционировав этот шаг, могущий иметь весьма опасные последствия для Руси. При известном сценарии событий к политической раздробленности еще прибавилась и церковная. По счастью, альтернативная митрополия существовала недолго: сразу же после победы Иоанн Кантакузен своим актом упразднит Галицкую митрополию, вновь отдав предпочтение Москве. Именно с тех пор некогда Киевский, а теперь уже Московский митрополит стал по факту митрополитом Всея Руси[791].

Но это будет еще впереди, а пока Иоанн вновь начал испытывать трудности. Кроме того, под предлогом помощи Сербский король бесцеремонно вытеснил Кантакузена из Македонии, овладевая город за городом. Он захватил Лерин, Воден, Касторию и всю Албанию, за исключением Диррахия, попавшего в руки французов. В самом Константинополе имя Кантакузена было предано патриархом Иоанном Калекой анафеме. Еще хуже обстояли дела во Фракии, где действовали одновременно Кантакузен, Апокавк, Болгарский царь Иван Александр, 5тысячный отряд независимого болгарского правителя Момчила и турки. Одни сменяли других, стерилизуя местность. Причем этот конгломерат постоянно варьировался, создавая причудливые политические комбинации.

Первоначально царь Иван Александр согласился на союз с Апокавком при условии безвозмездной передачи Болгарии обширной области на Севере Фракии, включая города Филиппополь, Стенимах и Цепена. Однако его участие в боевых действиях носило номинальный характер – он не собирался лить кровь своих солдат за интересы той или иной политической партии византийцев. Другое дело – Момчил, которого зимой 1343—1344 гг. Кантакузен сумел привлечь в свои ряды. Но вскоре Апокавк предложил болгарину титул деспота, и Момчил с легкостью предал старого союзника[792].

В самом Константинополе между тем происходили удивительные, хотя и прогнозируемые события. Патриарх Иоанн Калека широко развернул благотворительную деятельность в отношении своих сыновей, зятей и внуков, наделяя тех государтвенными землями. Даже сильное землетрясение, ввергшее столицу в ужас и разрушившее восточную апсиду Храма Святой Софии, не смутило его. Из троицы союзников он являл, безусловно, самую сильную фигуру, а потому Алексей, подумав, предложил Калеке одеть пурную обувь, чтобы ни у кого не осталось сомнений в том, кто настоящий правитель Византии.