Жанна – Божья Дева [litres]

Не имея возможности перейти через Эну, армия Сентрая в сопровождении Режинальда Шартрского отошла тогда на юго-запад, в Крепи. Больше не было никаких способов помешать осаде Компьени, под которой Филипп Бургундский появился со своим войсками 21-го. Девушка, ещё сопровождавшая армию Сентрая, узнала об этом в ночь с 22-го на 23-е.

Режинальд и Сентрай продолжали уходить на юго-запад, чтобы ждать в Санлисе дальнейшего развития событий. А она немедленно бросилась в Компьень. По рассказу Персеваля де Каньи, который в данном случае имеет информацию, по-видимому, от д’Олона, ей говорили, что она, может быть, уже не пробьётся со своим маленьким итальянским отрядом. Она отвечала: «Пройдём! Хочу быть с моими компьеньскими друзьями». Она и потом, уже будучи в плену, «не могла удержаться» от безнадёжной, почти самоубийственной попытки к ним вернуться.

И снова она прорвалась. Утром 23-го, не встретив противника, она была в Компьени. В тот же день, около 4 часов пополудни, она опять вышла из города со своим отрядом и с частью компьеньского гарнизона – всего 400 или 500 человек, – чтобы выбить бургундцев из деревушки Марньи на противоположном берегу Уазы, прямо напротив моста, в полутора километрах от него.

После её осуждения и смерти бургиньонские авторы, например Шателен, утверждали: «Проведя две ночи в Компьени» (что уже неверно), «она заявила, что Святая Екатерина, явившись ей, велела ей в тот же день пойти в бой… (и обещала ей. – С. О.), что она наверняка возьмёт в плен самого герцога Бургундского». Но до руанского процесса она только комиссии в Пуатье (и, надо думать, перед этим – королю) доверительно открыла имена своих небесных руководителей, а кроме этого случая, никогда не называла их поимённо; и она не могла думать, что атакуя Марньи, возьмёт в плен герцога Бургундского, которого там не могло быть. Смысл предпринятой ею операции заключался явно в том, чтобы убрать выдвинутый бургундский пост, притом именно так, чтобы главные бургундские силы этому не помешали.

«Я не знала, что буду взята в плен в этот самый день, и особого повеления делать вылазку у меня тоже не было; но мне всё время говорилось, что я должна быть взята в плен».

Бургундский отряд, занимавший Марньи, был застигнут врасплох и смят. Но происходившее было замечено одним из полководцев Филиппа, Иоанном Люксембургским, случайно осматривавшим с соседней горы расположение Компьени. Он немедленно вызвал подкрепления.