Сказка без чудес
- Автор: Филиппов Александр Геннадьевич
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: Издательские решения
- ISBN: 978-5-4493-8033-3
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Сказка без чудес». Краткое содержание книги:
Не мельтешить, не суетиться, идя на дело, а терпеливо и тщательно изучить и сам объект предстоящей кражи, и обстановку вокруг — пути проникновения и отхода, наличие сигнализации, видеокамер в подъезде, распорядок дня жильцов и их соседей, и ещё множество мелочей.
Однако даже эта сверхосторожность не спасала порой от неожиданностей, проколов, и пару раз на своём веку Коля загремел на зону. Правда, ненадолго. Ибо, считая себя профессионалом, оружия на «дело» никогда не брал, а будучи задержанным оба раза с поличным, не отпирался, признавал вину и искренне каялся. А потому, за квартирную кражу «без отягчающих обстоятельств», получал минимальный срок.
И всё-таки после этих пусть не долгих, по два-три года «командировок» в места не столь отдалённые, он стал ещё осторожнее. На пустяки уже не разменивался, подбирал «хаты» для «скока» так, чтобы было, что взять, и, реализовав добычу барыге, выпасть затем на полгодика в осадок, залечь на дно. Скататься на отдых в Турцию или Египет, а в нынешнее лето, к примеру — во вновь обретённый Россией Крым.
— Красть, так миллион, — наставлял он кентов из молодых, начинающих. — Чтоб хотя бы было, за что сидеть. А не так, как вы, дураки. Хапните на гоп-стопе, да ещё угрожая ножом, мобилу, которой цена в скупке — пятьсот рублей. А потом паритесь по семь лет на зоне по статье за вооружённый грабёж!
Вот и за этот «скок» красноглазый заказчик ему «лям», миллион, то есть, рублей посулил. А всего и делов-то — найти в хате папочку с документами на право владения домом и земельным участком в Заповедном бору. Шмотки, что поценнее, тоже нужно забрать — чтобы не складывалось у «терпил» впечатления, будто жулик исключительно из-за этой папочки квартирку ту «подломил». Папочку с бумагами нужно будет красноглазому фрайерку в обмен на бабло отдать, а барахлишко себе оставить — вроде как премию.
Правда, разведку доскональную на этот раз, против обыкновения, Коля-верхолаз провести не успел. За срочность ему хорошие бабки и посулили. По уверению красноглазого, в хате той проживают сейчас трое — мужик и две женщины, все преклонного возраста. Был ещё четвёртый, но того менты по какому-то делу замели, и он сейчас в уголовке парится.
Так что, дождавшись, когда троица пенсионеров покинула подъезд, Коля понял, что пришло его время.
А вот про медведя, как выяснилось позднее, красноглазый не знал. «Домушник» тем более…
А Потапыч тем временем, оставшись в одиночестве, принялся на свой лад хозяйничать в оказавшемся временно в полном его распоряжении, жилье.
Это мы, люди, со свойственным нам высокомерием в отношении «братьев меньших», полагаем, что зверьё полностью лишено интеллекта. Что оно не способно к мыслительной деятельности, что в мозгах животных — сплошные безусловные и условные рефлексы, выработанные в ходе эволюции либо длительной дрессировки. Вроде капающей послушно слюны при звяканье алюминиевых мисок в часы раздачи корма в виварии.
На самом деле звери очень даже в состоянии размышлять. Правда, руководствуясь при этом несколько иной логикой, нежели мы, вчерашние приматы, вставшие с четверенек.
Вот и Потапыч, оставшись единовластным хозяином нового для него, необычно просторного логова, полного чужеродных предметов и запахов, начал соображать, как бы обустроиться в нем поудобнее.
Людскую речь он, понятное дело, не разумел, за исключением простейших понятий. А потому знать не знал, надолго ли покинули его те, кого он считал включёнными в свою стаю, вернуться ли когда-нибудь, а может, случилось так, что сгинули они навсегда?
Однако жизнь — с людьми, без них ли, для него, Потапыча, продолжалась, и следовало для начала хорошенько обследовать эту доставшуюся ему в единоличное пользование берлогу.
Выросший в лесу, он, конечно же, не знал предназначения большинства заполнявших окружающее пространство предметов.
Многие казались ему абсолютно лишними, не имеющие смысла.
Например, громоздкие деревянные сооружения вдоль стен, тесно заставленные бумажными кирпичами, которые люди называли «книгами», разнокалиберной стеклянной дребеденью — «посудой», или миниатюрными изображениями животных и человечков из глины, которые даже медвежонку для игры не подходят — проглотит невзначай и подавится.
Или большой, отвратительно пахнущий тёплой пластмассой и несъедобными проводами ящик, в котором время от времени зажигалось вдруг окошечко, звучали голоса и мелькали движущиеся картинки. И люди, вместо того, чтобы заняться чем-то полезным, например, поесть самим и заботливо покормить живущее рядом животное, могли заворожено, часами просиживать напротив вонючего агрегата, слушать и рассматривать эту хрень.