Марина Цветаева — Борис Бессарабов. Хроника 1921 года в документах. Дневники Ольги Бессарабовой. 1916—1925
- Автор: Громова Наталья Александровна
- Год: 2010
- Язык: русский
- Год: Эллис Лак
- ISBN: 978-5-902152-83-5
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Марина Цветаева — Борис Бессарабов. Хроника 1921 года в документах. Дневники Ольги Бессарабовой. 1916—1925». Краткое содержание книги:
Дан развернутый комментарий, приведены редкие, впервые публикующиеся фотоматериалы.
Утром после сна о брате Борисе открыла глаза и увидела сверкающее золотое кружево окна. Иней. И несколько секунд до каких-то голосов за стеной была в волшебном царстве солнечного инея, где когда-то видела Т<олсто>ва. И не успела еще вспомнить о нем, как уже проснулась.
Устала я. Устала от вечного томления, ожидания писем от братьев, от косноязычных глухонемых писем Ивана Васильевича (как я была благодарна ему за них!), от вечной настороженности и какого-то наклона, с которым всегда ждешь вестей тревожных, путаных и неясных.
Устала. Устала дышать, смотреть, быть. Замучена, будто через пепел и мглу вспоминается Дом Смерти: Голод. Холод. Сны. Тиф. Смерть.
Мама!
Флоренский не умеет иногда защищаться от внимания к нему. Беспомощно сказал однажды Михаилу Владимировичу:
— Михаил Владимирович, спасите меня от К. (одной дамы), она хочет ходить со мной в Университет! — сокрушался и горевал, что вот надо идти куда-то, обещал К.
— Не ходите, отец Павел, ведь у вас же и времени нет сейчас.
И он очень был рад, что это оказалось возможным — не ходить. В эту субботу и воскресенье он был здесь, а собирался ехать в Москву, на свадьбу Каптерева[516]. Говорил о поездке неохотно. Софья Владимировна и говорит ему:
— Да вы не ездите.
— Вы думаете, можно не поехать? — обрадовался он.
Ему еще что-то говорили и убедили не ехать, и он остался. Софья Владимировна не утерпела и по-женски, лукаво, простодушно сказала ему: «Там будет так много народу, что и не затеряешься» (смеялась, когда рассказывала). Вероятно, она была очень хороша, и теперь еще хороша, и иногда особенно вспыхивают отблеском прежней прелести и блеска.
Одна из старушек Красного Креста на мой вопрос — когда начнется завтра обедня, ответила: «Наш поп нэ хватный, сам не знает, когда начинает». «Поп хватный», — это о Флоренском! — прозвучало очень забавно.
Не люблю я Владимира Соловьева[517]. Почему-то кажется, что его должен не любить и Флоренский. Вот было бы интересно проверить!
«Оправдание добра!»[518] — как будто оно нуждается в защите. Заранее не хотелось (и не захочется) читать.
На вечер к Бердяеву[519] я надела на черное платье парчовую, отороченную соболем кофточку Тани Епифановой. Накануне вымыла голову, и волосы зазолотились, и едва сдерживались в тугой косе. Таня сказала, что от сияния волос золотится и соболь. Кофточка так красива, что, по словам Жени, «отвлекла внимание аудитории от Флоренского и его доклада». Я сама заметила, что на кофточку смотрели, и думала, что на меня оглядываются, как на чужую, потому что все там были знакомые между собою люди, а я пришла не сама по себе, а с Женей, и очень боялась, что меня уведут с доклада, и мне так было интересно слушать, — о докладе завтра.
Вчера у Бердяева слушала главу из будущей книги Флоренского о Бухареве[520]. О поездке на озеро Переяславское[521], о Бухареве и о жене его, Анне Сергеевне[522]. И о том что, и о том кто читал. И как читал, и о чем и как молчал, что и как отвечал.
Две свечи, много слушающих лиц, овальные старые портреты и овальные зеркала. Чашки старого фарфора (вероятно, Гарднер; у кого еще такой великолепный синий цвет и медальоны с цветами).
Мешала мне яркая люстра, лучше было бы, если бы горели только те две свечи.
…Когда кончились разговоры после чтения о Бухареве, я и Женя прошли через внутренние комнаты, чтобы поскорее уйти. Еще не успели одеться, как в ту же дверь проскользнул Флоренский. Ему преградили путь как раз на калошах Жени. «Честь имею», «очень рад», «когда же вас можно застать», «Где вы в Москве», «Я рад вас видеть».
— Я в Москве — в разных местах, меня трудно застать, я только приезжаю.
…Обступили, обступают. Запахи хорошо умытых, надушенных и сигаретных волн и потоков, черные сюртуки, смокинги, дамы.
— Ой, Женя! Я уйду! — Женя догнала меня в переулке и с веселой серьезностью бесенка сказала:
— Иду почти по стопам Флоренского. Он стоял на моих калошах и прикрывал их шлейфом рясы.
Когда Женя помогала мне надеть пальто сверх парчовой телогрейки, голова моя в тесноте и коловороте была чуть ли не на плече Флоренского. Но ни за что на свете не хотела видеть его в этом душном, копошащемся клубке сюртуков и дам. Показалось, что эта крошечная прихожая — корзинка с живыми раками, и вот они возятся, шевелятся, двигают усами, хвостами, клешнями; даже страшно стало от тесноты.
516
Каптерев Павел Николаевич (1889–1955) — преподаватель естествознания, ученый; сын Н.Ф. Каптерева (1847–1917), близкий друг священника П.А. Флоренского. Один из организаторов Комиссии по охране памятников искусства и старины Троице-Сергиевой лавры. В 1920 г. арестовывался по «делу Тактического центра». Во второй раз арестован одновременно с П.А. Флоренским, братом Сергеем и рядом других ученых 26 июля 1933 г. После войны преподавал в Ивановском педагогическом институте, профессор. Был женат на дочери С. К. Шамбинаго (см. о нем коммент. 39 к дневникам 1917 г.) Елене Сергеевне (1901–1983). До ареста жил в Москве на ул. Арбат, 4, кв. 36. Подробнее о них см.: Каптерева-Шамбинаго Т. Арбат, дом 4. М., 2009.
517
Владимир Сергеевич Соловьев (1853–1900) — философ, богослов, поэт, публицист, литературный критик.
518
«Оправдание добра. Нравственная философия» — книга В. Соловьева (СПб., 1-е изд. — 1897).
519
На вечер к Бердяеву… — На квартире Бердяева на Арбате (Б. Власьевский, д. 14, кв. 3) в начале 1918 г. возникла Вольная академия духовной культуры (ВАДК), официально зарегистрированная в Мое-совете только через год, в 1919-м. Академия просуществовала вплоть до высылки Бердяева (1922). В Академии читали курсы лекций А. Белый, Вяч. Иванов, С. Франк, Ф. Степун и сам Бердяев. Здесь же устраивались публичные лекции, чтение и обсуждение докладов, проводились семинары.
520
Бухарев Александр Матвеевич (архимандрит Феодор; 18241871) — богослов и философ. В 1846 г. окончил Московскую духовную академию, принял монашество. П. Флоренский в 1918 г. начал писать книгу «Архимандрит Феодор (A.M. Бухарев)».
521
Переяславское озеро (Плещеево) — озеро во Владимирской губернии (ныне в Ярославской обл.), на восточном берегу его расположен город Переславль-Залесский (Переяславль).
522
Анна Сергеевна Бухарева (? — после 1904) — дочь помещика Родышевского (родом из села Вашки Переславского уезда Владимирской губернии; ныне Ярославская обл.). В 1863 г. архимандрит Феодор, после того как в 1862 г. Синод запретил его труд «Исследование Апокалипсиса», снял сан, вернул себе мирское имя, а потом женился на Анне Сергеевне.