Письма с Первой мировой (1914–1917)
- Автор: Краузе Фридрих Оскарович, Краузе Оскар Фридрихович
- Год: 2017
- Язык: русский
- Год: Нестор-История
- ISBN: 978-5-4469-0168-5
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Письма с Первой мировой (1914–1917)». Краткое содержание книги:
Сегодня опять не придется выспаться: ночью будут произведены кой-какие опыты (применения паров хлора на местности. – Сост.), на которых любопытно присутствовать. В 3 часа ночи надо быть на месте, а езды больше часа. Сразу мне пришлось окунуться в совсем, совсем другую атмосферу, но сердцем я еще целиком в Москве и не приемлю настоящего…
Катович за три недели совершил только две служебных поездки. Всё остальное время абсолютно ничего не делал! Вот житье! <…>
Целую бесконечно!
3.
Р[овно], 5-го мая 1916 года
Говорил с комендантом. Оказывается, сегодня снова получено разрешение на приезд жен и близких родственников офицеров! Сделано только ограничение: на срок не больше двух недель в каждом отдельном случае. Но ведь на больший срок ты и не собиралась приезжать. Итак, как только я получу твое первое письмо и узнаю, когда ты приедешь, в конце ли мая или в начале июня, выхлопочу тебе пропуск и пошлю его тебе заказным. Добре? Вот видишь, как всё хорошо складывается. Долой пессимизм, Шурочка! <…>
Ночная поездка была вполне удачной. Выехали туда в чудную лунную ночь, а вернулись при первых лучах солнца. Растительность везде совсем летняя. Рожь в полях выше колен, уже выколосилась, скоро начнет цвести. Хорошо в поле!
Погоны и пуговицы на шинели потемнели от хлора. Одежда и сейчас еще воняет слегка. Маски вполне предохраняют. Теперь имею некоторое представление.
Вернулся я в 6-м часу утра. Не успел еще войти в дом, как начался опять обстрел неприятельского аэроплана. Я наблюдал. Затем вдруг раздался ясный взрыв брошенной бомбы, так что сильно зазвенели стекла. Материального вреда никакого, но убитыми оказались мужчина и женщина, выбежавшие посмотреть. Как всё это не гармонирует с жизнерадостностью расцветающей природы!..
Утро до 11-ти я проспал. Днем же читал сборник Философовой. Он меня сразу заинтересовал. Я теперь нисколько не сожалею, что, не дождавшись посылки, снова купил его. Написан он Тырковой живо, прекрасным стилем, с массою цитат из писем, дневников и других источников. Получается очень яркая и интересная картина быта середины прошлого столетия. Есть и психологические страницы, посвященные мужу, В. Д. Философову, – очень любопытные. О самой А. П. Философовой пока еще мало, пока еще рисуется фон, условия. <…>
Теперь же мне хочется спать, спать и спать! Ведь с тех пор, как я выехал отсюда в отпуск, я еще ни разу не выспался! Уж ты прости меня, Шурочка.
Как хорошо пахнет сиренью!
Целую…
4.
Р[овно], 6-го мая 1916 года
Дорогая Шурочка. Новостей у меня сегодня никаких… <…>
Знаешь, Шура, очень удивило меня то обстоятельство, что я здесь не нашел никаких писем от тебя. Знаешь, то письмо, которое я получил от тебя в день моего отъезда, было последним, и ты мне совсем не писала в течение целых пяти дней, хотя и совсем не была уверена в моем приезде! Принимая во внимание смягчающие вину обстоятельства, я всё же не могу удержаться, чтобы не поставить тебе сего на вид. Да-с!
А сегодня я уже лелеял тайную надежду, что получу первое новое письмо. Но, видимо, не суждено, придется еще ждать до завтра. Ну что ж! Разве мы не научены еще терпению?!
На вчерашней ночной экскурсии я встретился с одним из врачей, работавших в госпитале, где находится Кутя. Он переведен в наш корпус. От него я узнал некоторые подробности о болезни жены Кути. <…> Сейчас она находится при нем в Золотоноше[377] (госпиталь их переведен туда из Лохвицы[378]). Она постарела, стала седой. Кутя от нее не отлучается и несет свой крест удивительно покорно. Мне кажется, что за это ему можно простить много грехов.
Бедный! Госпиталь их исключительно заразный, для сыпного и возвратного тифов. Кутя работает в отделении рекуррентиков. Коллеги к нему относятся очень хорошо, с большим участием. Как всё это печально, и как не вяжется с жизнерадостным обычным настроением Кути! <…>
Тебя же я мысленно очень крепко целую!!!!!
5.
Р[овно], 8-го мая 1916 года
Холодно, Шурочка! И в буквальном и переносном смысле. Как согрело бы меня твое присутствие…
Вчера я тебе не писал. Утром читал, после обеда уехал в полк по службе, а вечером застрял у Матвеева, где вскоре собрались и Барченков, и Щастный, и даже сам В[ышемирский]. Разошлись поздно. И от тебя вчера еще не было письма. А сегодня я наконец получил твое первое.
377
Ныне город в Черкасской области Украины.
378
Ныне город в Полтавской области Украины.