Электронная книга - «Серый пепел и снег (СИ)». Краткое содержание книги:
Не став более ничего уточнять и расспрашивать, Гилберт взял Ивана за руку и вывел на свежий воздух. Пока он подгонял машину, Россия успел потискать милашек-котиков. Одним из них был его Мишка, а второй какой-то белый, короткошерстный, очень ласковый и приветливый, хорошо отзывается на имя «Великий».
Решив, что вдвоём им точно скучно не будет, они оставили котов дома, а сами сели в машину и уехали. До Кремля они доехали быстро, примерно за полчаса. Всю дорогу Россия украдкой смотрел на своего рыцаря, дивясь, насколько лихо он управлялся с этой дьявольской каретой. Хоть это и была далеко не первая его поездка в автомобиле, но ощущения были такими, будто впервые в жизни решил прокатиться на таком.
— Калаврати, — позвал его Иван с лёгкой усмешкой, чётко помня прозвище из сна.
— Калаврати? — Гилберт высунулся из машины, смотря, где тут можно припарковаться. Вроде знаков никаких нет, значит, паркуйся где захочешь? — Ты меня так в последний раз в детстве называл. Я даже успел соскучиться по этому прозвищу.
Байльшмидт всегда был ответственным водителем и отлично управлялся с машиной (но только в трезвом виде, конечно), поэтому они так быстро и доехали до Кремля.
В наглую припарковав свою малышку рядом с кортежем самого главы государства, Гилберт даже из машины выйти не успел, как к ним понабежала охрана. Узнав в этих двоих олицетворений стран, они в дружеской манере принялись со всеми здороваться, после чего любезно проводили важных гостей к кабинету президента.
— Надеюсь, это не займёт много времени, — проворчал Гилберт, уже порядком подустав со всеми здороваться, но куда деваться? Такова их работа. Выдохнув и поправив шевелюру, он первым зашёл внутрь. — Здравствуйте, Владимир Владимирович.
— О Господи, Гилберт, — Босс схватился за сердце, не сразу распознав в этом панке (или как их там сейчас называют? Фрики?) Калининградскую область. — Очередной хаос на голове.
Гилберт провёл ладонью по волосам, более чем довольный произведённым впечатлением. Правда, реакция на иссиня-чёрный цвет ему больше понравиться, тогда Босс облил себя кофе, как только увидел Гилберта в байкерском прикиде ещё и с серьгой в носу.
— Вы знакомы? — удивлённо спросил Россия, смотря то на Гилберта, то на Босса.
К слову о Боссе, его лицо показалось Ивану настолько знакомым, что даже голова закружилась. Но не подавая вида, Россия продолжил стоять как ни в чем не бывало. Разумеется, это была далеко не первая встреча Ивана с президентам, но последнее время память его сильно подводит, а возможно, это просто от волнения.
Застыв на месте под пристальным взглядом Босса, Россия растерянно промямлил:
— Здравствуйте, я явился по Вашему указанию. Вот.
Иван невольно смутился, чувствуя себя одновременно глупо и важно, стоя под обстрелом взглядов теперь уже двух человек, не считая секретаря и нескольких рябят из охраны. Голова от этого только сильнее разболелась.
— Конечно знакомы, я же твоя часть, — списав этот нелепый Ванькин вопрос на волнение, Гилберт не стал заострять на этом внимания и перешёл сразу к делу, позабыв о том, что Босс уже дано в курсе его амнезии. — Извините, герр президент, у нас проблемы. Ваня тут немного, эм-м-м…
— Не пугай меня, Гилберт. Мне твоего очередного цвета волос хватило, — Босс был взволнован, видать, судьба своей страны была ему не безразлична.
— Короче, — Гилберт выдохнул. Не став ходить вокруг да около, он решил выстрелить в лоб, — он память потерял.
Эта новость была уже, естественно, не нова, но судя по реакции Гилберта, его жестам и манере речи, он явно пытался на что-то намекнуть. Или, может, это Босс всё неправильно понял, а у нашего Гилберта просто позднее зажигание? Непонятно…
— Господи, вы меня оба с ума сведёте, — проворчал президент, садясь в кресло. — Что он помнит?
Гилберт резко повернулся к причине данной встречи и проговорил:
— Да, Вань, что последнее ты помнишь?
Все разом уставились на вконец перепуганного Ивана, даже секретарь оторвалась от своих кнопочек и листочков и с интересом повернула голову в его сторону. Вот же шалава, её бы в Сибирь, да только нельзя, незаконно это, сейчас ведь не военное время.
— Боюсь, что моя память восстанавливается не линейно, а… как бы… Кусочками. Ну, сценами.
Резко замолчав, Иван прошёлся взглядом по кабинету. А он ведь знает эти стены, помнит, как когда-то на том месте, где сейчас сидит нынешний Босс, сидел суровый мужчина с густыми чёрными усами, курил трубку и отправлял всех неугодных к стенке. Он правил страной железной рукой и суровыми нравами. Опасный был человек, вошедший в мировую историю как отец народов.
— Гил, мне плохо… — прошептал Ваня и рухнул на пол.
Голова страшно болела, стены начали плыть, а голоса, ещё секунду назад отчетливо звучащие в голове, превратились в единый неразборчивый шум, и Россия потерял сознание.
========== 15. ==========
Комментарий к 15.
Иллюзорного Брагинского зовут Иван, а классического — Россия. Не перепутайте.
Холодное утро. Широкий балкон. Незнакомец, облачённый в старую чёрную мантию с капюшоном, по своему подобию напоминал статую, застывшую в одной позе с опущенной головой. Он практически не двигался, даже когда отвечал на вопросы или же сам спрашивал что-то у собеседника.
Отшатнувшись, Россия, перекрестившись, выдохнул:
— Смерть.
Его догадка была фактически верной, единственное, что отличало это существо от старухи с косой или же каменного изваяния, — это отсутствие необходимого инструмента и лёгкое вздымание грудной клетки. Россия долго оглядывался по сторонам, пытаясь понять, с кем он разговаривал, и, когда заметил притаившуюся в углу седую макушку, то волосы на голове зашевелились.
— Нет… Это же… Этого не может. Это сон! — испуганно залепетал он.
Верно, это был сон, в котором он, Россия, увидел некое воспоминание, за которым мог наблюдать, точно зритель за игрой актеров на экране.
— Это из-за тебя я ничего не помню? — иллюзорный Иван был раздражён, об этом говорило абсолютно всё: от походки до ладони у виска.
— Ошибаешься, я тут ни при чём.
— А кто при чём? — Иван без конца ходил туда-сюда вдоль перил, задерживался на углу и снова шёл в противоположную сторону, будто что-то или кого-то высматривал. Незнакомец же стоял неподвижно, даже дышал редко.
— Одна девица решила спрятать в тебе нечто мне ценное, и вот результат.
— И это «что-то» является ключом?
Незнакомец впервые за весь их разговор поднял голову и кивнул. Конечно, такого ответа Иван, скорее всего, не заметит, ведь отсюда открывался прекраснейший вид на море, пляж, небольшой лес и разбившуюся неподалеку деревеньку.
Оторвавшись от любования пейзажем, Иван повернулся к собеседнику.
— Выходит, он теперь мой?
Незнакомец снова кивнул, подойдя ближе. На землю опустилась мгла, утро начало плавно переходить в вечер.
— Сегодня холодно, — сказал незнакомец, Иван лишь пожал плечами, не понимая, чего это он вдруг соскочил с темы.
— Ну да, прохладно, — Иван посмотрел на небо, на котором уже стали появляться звёзды. Но будто не видя их, он продолжил: — К обеду солнце встанет, тепло будет.
— В это время года бывает тепло? — усмехнулся незнакомец.
Россия занервничал, ему не понравилось, куда скатился их разговор. Но не видящие никого, кроме себя, собеседники продолжили обсуждать погоду.
— А какое сейчас время?
— Январь.
— Как?.. — Иван схватился за голову и, отогнув рукав, взглянул на наручные часы. — Август же…
— Нет, — усмешка собеседника только сильнее зазвучала в голосе. — Январь.
От его слов в голове России всё перемешалось, он перестал понимать, где находился. Душой он всё так же плавал в глубинах своей памяти, а вот телом находился там, в Кремле. Стоило только на минуту отвлечься, подумать о чём-то другом, как отовсюду доносился встревоженный голос: «Ваня! Ваня!». Но кто это кричал? Олег? Нет, у Олежки не такой грубый, хрипловатый, будто прокуренный, голос.