Электронная книга - «Серый пепел и снег (СИ)». Краткое содержание книги:
— Не могу дозвониться до России, — коротко пояснил он суть своего звонка, но Гилберт, который ещё секунду назад вопил, как в зад ужаленный, неожиданно затих. Германия достаточно хорошо знал брата и готов был поклясться, что Гилберт сейчас сидел с котом перед ноутбуком, прикусив нижнюю губу, и усердно размышлял над тем, как бы уйти от темы. — Что-то случилось?
— Да, ты же в курсе, какие у нас отношения, — Гилберт затих, тонко намекая на то, что не хочет разговаривать об этом изменнике. — Куда ты, блядь, лезешь всё! — рявкнул он на кота, но Германия решил, что это было адресовано ему.
— Ты за словами-то следи, не с бабами своими разговариваешь, — строго отчеканил Людвиг, ощущая вину за то, что и правда лезет не в своё дело. А с другой стороны, пускай Гилберт сейчас и живёт с Россией, но они всё ещё родственники — семья, в которой принято помогать друг другу, а не отворачиваться, оставляя несчастного страдать в одиночестве.
— Прости-прости. У меня тут кот всюду морду свою сует. Райх, а-ну быстро подошёл сюда и извинился перед дядей Людвигом, — поднеся трубку к коту, Гилберт застыл в умилении, с забавой наблюдая за пушистиком, пытающимся укусить странную штуковину за краешек.
— Гилберт, — выдохнул Людвиг, надеясь, что тот сказал это не всерьёз.
Разгоряченный забавой Гилберт почесал макушку, чувствуя, как там точно в детских мультиках вылезло два крошечных алых рога, олицетворяющих беса.
— Тут Ванька тебе привет передаёт.
Последовала неловкая пауза. Поглаживая кота, Гилберт готов был поклясться, что Людвиг сейчас сидел смущённый с глупой полуулыбкой на лице, не зная, что и ответить. У Германии ведь всегда были на редкость сложные взаимоотношения с Россией, поэтому такая реакция вполне себе оправдана.
— Ты ему тоже передай, — спокойно проговорил Людвиг, будто ничего не произошло и этой нелепой минутной паузы вовсе не было.
— Уже передал, — на лице Гилберта появилась злорадная бесовская ухмылка, через которую проглядывало два белых клыка. — Он спрашивает, во что ты сейчас одет.
Германия бросил трубку, даже на прощание спокойной ночи не пожелал. Видать, неполадки со связью, или же Людвиг понял, что Гилберт над ним издевается и вполне ожидаемо отказался принимать участие в этом спектакле, хоть это совсем на него непохоже.
Пожав плечами, Гилберт отложил телефон на край стола. Пробежавшись взглядом по ленте новостей, Байльшмидт заметил в ней несколько новых фотографий Феличиано с тощими, даже костлявыми блондинками. Вспомнив Ивана, он тут же закрыл эту чёртову вкладку, ругая так не вовремя решившего проявить себя итальянца-показушника. Гилберт ведь хотел отвлечься от всего этого, а получилось совсем наоборот.
Вернувшись к размышлениям, Гилберт вспомнил про кота, но тот, по-видимому, наконец усвоил урок и, оставив его в покое, решил немного осмотреться. Послав ему вслед трехэтажный мат, Гилберт с досадой смял пакетик, в котором ещё пару минут назад были рыбные крекеры, а сейчас только крошки, и зашвырнул его в сторону дивана.
Не прошло и двух минут, как Гилберту пришло ММС, состоящее из одной фотографии, на которой Людвиг сидел на кровати в привычной спальной чёрной майке и семейных трусах. Похоже, кое-кто всё же купился на его розыгрыш. Прикрыв рот ладонью, чтобы не заржать на весь дом, Гилберт, постукивая кулаком по столу, прислал ему ответ, состоящий всего из одного слова:
«Супер!»
И на этом всё, не то дело дойдет до того, что Людвиг начнёт ему свои интимные фото присылать. От старых привычек довольно сложно избавиться, вот и Гилберт не удержался и добавил:
«Правда, Ванька твоего старания не оценил. Ему нравятся особы менее мускулистые и более мясистые в области груди».
Людвиг затих, видимо, на сей раз сумев распознать нотки юмора в его словах. Конечно, Германия был далеко не из числа тех, кто обижается и годами вынашивает план мести, но надуться и не разговаривать с обидчиком денёк-другой он мог. Гилберт понимал это, но просить прощения не спешил, гордость не позволяла пасть так низко, как и бесовская натура.
Зевнув, ощущая лёгкую усталость, Гилберт в гордом одиночестве продолжил квест по бескрайним просторам Интернета. Однако в голову, точно червяк, закралась ядовитая мысль, в которой Людвиг восседал в роли соперника.
«Да нет, это уже полный бред! Ну не мог Людцу приглянуться мой Ванька. Погодите-ка! С каких это пор он стал моим?.. Нет, всё не так! Я с ним нянчусь только потому… потому что…» — похоже, Гилберт и сам не знал ответа на такой лёгкий вопрос, а ведь он был на редкость прост и очевиден.
Не успев ещё прийти в себя после всех этих мыслей, Гилберт взял в руки телефон и, вот так сюрприз, новое сообщение от Германии. Нервно сглотнув, он открыл его и увидел интимное фото Людвига в душе. У Гилберта сердце в пятки упало, а здравый смысл помахал ручкой и убежал в прекрасное далёко вместе с его надеждами.
Откинувшись на спинку стула, Гилберт положил гадкое устройство себе на лоб и стал думать, пытаясь найти логичное объяснение разыгранному Людвигом спектаклю. Чувствуя приятный холодок, исходящий от устройства и позволяющий немного охладить разгоряченные мысли, Гилберт так и не понял, что Германия хотел сказать всеми этими бесстыдными фотографиями.
Тем временем Иван листал скучную книжку, и его взгляд привлекла старая карта на которой были отмечены территории Тевтонского ордена. Если бы не свежие, как вчерашний день, в памяти воспоминания, то Россия не заострил бы на этом внимания. Губы Ивана расплылись в улыбке, он прекрасно помнил, каким же этот несносный мальчуган-Тевтон был забавным и шустрым. Частенько задирал тогда ещё совсем маленького Россию, называл его девочкой и любил вплетать в его серебристые волосы полевые цветы, после чего дразнил невестой и даже пытался пару раз поцеловать, объясняя это тем, что он всё равно будет его.
Пролистав ещё несколько страниц, Россия остановился на заголовке с пугающим названием «Великая Отечественная война». Нервно сглотнув, Иван пробежался глазами по тексту и остановился на иллюстрации, где было отмечено наступление германских войск на границы Советской Украины. В голове Ивана касательно данного исторического события было пусто. Он ничего не мог сказать по этому поводу, так как никогда особо не доверял тому, что пишут в книгах.
Томно вздохнув, Россия с замиранием сердца смотрел на столь огромную территорию, представляющую из себя Третий Рейх.
— Такой большой…
России всегда нравились большие вещи, а Рейх выглядел (во всяком случае, на карте) очень большим, могучим и таким сексуальным. У Ивана просто не было шансов устоять перед такой властной страной. Хоть Третий Рейх и состоял из двух частей, но мысли Ивана были заняты лишь Гилбертом, его новым образом, зрелым телом и яркой улыбкой. Иван смутился от собственных мыслей, понимая, насколько это неприлично так пялиться на листок бумаги с изображением ныне покойной страны. Онанировать на труп, это вообще законно? Скорее всего нет, однако закон не запрещает возбуждаться от аппетитных иллюстраций, значит, всё в порядке.
Проведя кончиками пальцев по границе, а точнее по польскому коридору, так бессовестно разделяющему их страны, Иван часто задышал. Ладонь сама собой поползла вниз, под резинку домашних штанов.
— Как некрасиво заниматься подобными вещами, да ещё и при мне, — снова этот замогильный голос, от которого мурашки убегают в пятки быстрее сердца.
Россия вздрогнул, машинально отпрыгнув от книги, и начал креститься. Не помогает, он всё ещё видит этого странного парня с волосами цвета серебряной монеты. По-хозяйски развалившись в кресле, незнакомец смотрел на него своими пронзительными голубыми глазами, не обращая внимания на вцепившегося в ногу кота.
— Я ничего не делал!.. Я просто, — Иван медленно перевёл взгляд на книгу, — читал.
— Вынь свои липкие ручонки из штанов и скажи нормально, — с нескрываемой брезгливость проговорил он, усмехаясь.