Я предупреждал о войне Сталина. Записки военного разведчика

Глава 13

Однажды, в минуты подобного тяжелого раздумья, в феврале 1946 года, ко мне в комнату постучала соседка и спрашивает: «Василий Андреевич! Вы знаете генерала Мельникова?» — «Нет, — говорю, — не знаю». Я уже сделал несколько визитов к генералам, своим однокашникам по Академии Генштаба, живущим в этом же доме. Но мои бывшие друзья приняли меня так сухо и неприветливо, как бедного родственника, что я уже не хотел встречаться ни с каким генералом. Но соседка передает настойчиво приглашение генерала Мельникова зайти к нему в квартиру этажом выше. Поднимаюсь на этаж выше, звоню в указанную квартиру.

На пороге стоит молодая красивая женщина. Стоит и улыбается. «Здравствуйте! Я подполковник Новобранец, пришел по приглашению генерала Мельникова». — «Пожалуйста, проходите, я жена генерала Мельникова». Открылась дверь, и вышел генерал-майор. «Здравствуйте, Василий Андреевич! Вы, наверное, меня уже не помните? Мы с вами работали в Разведупре, я был тогда капитаном. Помните, как мы с вами отстаивали одно доброе имя нашего резидента по Японии?» — «А, так это были вы? — вспомнил я. — Поздравляю вас, за войну вы хорошо выросли! Ну а как же наш подопечный по Японии?» — «Плохо, — отвечает Мельников. — Зорге провалился, осужден, расстрелян. Думаю, что его умышленно продали здесь! Однако что же мы стоим? Прошу в комнату». Захожу. Из-за стола навстречу мне вышел незнакомый мне генерал-лейтенант. «Это мой друг, однокашник по Академии генерал…» — представил Мельников генерал-лейтенанта. Мы пожали друг другу руки. «Садитесь, Василий Андреевич, посидим, поболтаем, вспомним прошлое». Я сел за прекрасно накрытый стол, заставленный разнообразными закусками и винами. Я, голодный как волк, поглощал все в большом количестве. Такое хорошее человеческое отношение ко мне генералов я испытал впервые на Родине. Я им рассказал обо всем пережитом мною на фронте, в плену и на Родине. Генерал Мельников слушал и откровенно плакал. Его сын тоже пропал без вести. Оба они высказали предположение, что в связи с ныне существующей установкой в отношении бывших военнопленных вряд ли будет положительный ответ на мое письмо Сталину. «Мы вам тоже поможем, — сказал Мельников. — Нам стало известно, что вы друг маршала Рыбалко и вас лично знает маршал Баграмян! Мы уже были в Главном управлении кадров у Голикова, и о вас был разговор. О вас хлопочет целая группа, в том числе генералы Ломов, Разуваев и другие. Генерал-полковник Голиков удивился, почему это группа генералов ходит в Управление кадров и хлопочет о каком-то подполковнике Новобранце. Кто такой подполковник Новобранец?» Уж кто-кто, а Голиков хорошо знал, кто такой подполковник Новобранец! Это я преграждал ему все пути для дезинформации!