Любовь и бессмертие [СИ]

– Нет, Паша. Чаю выпьешь?

– Нальёшь, выпью. К тебе сегодня очередь, не пробьёшься.

Он сел к столу, и я подала ему чашку с чаем. Пить чай Паша не стал, молчал и крутил чашку на блюдце, пока не разлил. Я поторопила:

– Паша, ну говори уже!

– Ты из офиса ушла?

– Да.

– А я?

– А что ты, Паша? Что для тебя меняется?

– Ольга беременна.

– Я знаю, милый. Сегодня увидела, выказать радость только не посмела. – Я протянула руку через стол, растрепала его чуть поредевшую шевелюру, потом погладила по щетинистой щеке. – Я рада, Паша, даже не знаю, как и сказать, как рада. Когда свадьба?

– Не хочет Оля свадьбу, просто распишемся и всё.

– Неет… что ты? Семья обидится. Пусть не шумная свадьба, но праздничный обед вы не можете отменить.

– Буду разговаривать. Мы в понедельник поедем заявление в ЗАГС подавать.

Я покачала головой.

– Совсем я от дома отбилась, как могла не заметить ваших отношений? С меня свадебное путешествие!

– Да не хочет Оля ничего!

– Угу! Это ты весь мир объездил, а она где была? Пару раз на море съездила? Кто ещё знает?

Ухмыльнувшись, он отрицательно покачал головой.

– Что, я первая?! Ух ты! Подожди! – Я вскочила и побежала в кабинет, достала из сейфа золотой слиток и вернулась обратно. – На! – Сунула слиток ему в руку. – Это суюнши называется – подарок за радостную весть, казахский обычай.

Паша некоторое время растерянно смотрел на жёлтый прямоугольник с клеймом, потом протянул мне его обратно.

– Маленькая, я не…

– Бери! – прикрикнула я. – Нельзя отказываться! Давай мы с тобой чаем отпразднуем.

Я долила в чашки чаю, подняла свою, приглашая Пашу чокнуться. Он сунул слиток в карман и протянул свою чашку.

– Пашенька, будь счастлив! Любви и ласки тебе! Сынов и дочерей!

Мы чокнулись и отпили из чашек. Паша поставил чашку на блюдце, помолчал и спросил:

– Маленькая, ты, правда, без него бы не вернулась?

– Паша, я вернулась.

– Да… мы на УЗИ… я поздно узнал. Катя малых уже привезла из школы. Побежал к домику, а они там снаружи ругаются. Катя кричит: «Лучше бы разошлись, она всю жизнь папу мучает! Сама говорит, что любит, а сама…» Тут Саша, как закричит: «Замолчи! Что ты знаешь? Максим, скажи ей, пусть она замолчит!» – Саша всегда всем улыбается, а тут сердито и совсем по-взрослому одёрнула Катю. Катя вначале опешила, потом тоже рассердилась и хотела ответить Саше. Макс её голову прижал к себе и попросил Сашу: «Саша, говори».

«Папа умер бы в пятьдесят два года, и тебя, и Вани, и Макса, и меня с Андреем не было бы, если бы не мама. Маша умерла бы от крови в мозгу в тридцать семь, Василич бы после этого водку пить стал, его бы зимой мёртвого на улице нашли. Стефан бы с обрыва прыгнул. Паша, – в меня пальчиком ткнула, – в тюрьму бы попал, там в драке его бы ударили ножом и бросили, из него бы кровь вся вытекла. Про всех остальных тебе тоже рассказать?»

«А дед?» – это Катя спросила.

– Дед заплатил бы за… Максим, как называется, когда врачи убивают?