Любовь и бессмертие [СИ]

– Мама, папа сказал, если я через неделю не предоставлю ему план воспитания Вани на ближайший год, он усыновит Ваню!

«Усыновит?!», – едва сдержала я вопль удивления. Протянула руку и привлекла дочь к себе.

– Мамочка! Папа никогда со мной так не разговаривал! Помоги мне! Только ты его сможешь остановить! Ты не знаешь, каким жёстким может быть папа!

Я всё ещё не могла поверить в угрозу Серёжи. Абсолютно нереальным было и то, что Серёжа мог быть столь суровым с любимой дочерью.

– Папа сказал, что у меня перед глазами пример прекрасной матери, а я ухитрилась ничему не научиться… сказал, если я столь бестолкова, что не знаю, как воспитывать ребёнка, нужно было тупо повторять то, что делаешь ты с малыми! Мамочка…

– Чччи… детка.

– …папа сказал, что я такая же ленивая мать, как Даша! Мамочка, я… мамочка… – захлебнулась она слезами, – я… я люблю Ваню!

– Я знаю, Катя. Чччи… успокойся…

Первое своё слово Ваня сказал поздно, в возрасте двух с половиной лет, но буквально в считанные недели от отдельных слов он перешёл к связным предложениям. Поскольку с мальчиком с рождения говорили только по-русски, я поинтересовалась, не пора ли начать учить языки, на что Катя отрезала: «Не пора! Зачем торопиться? Зачем у ребёнка беззаботное детство отнимать?» Я понадеялась, что, будучи рассерженной по какой-то, уже и не припомню, причине, Катя всего лишь поддалась желанию обвинить меня за насыщенное всевозможными занятиями своё детство, а, перестав сердиться, одумается и начнёт заниматься с сыном. Но этого не случилось. Памятуя о её страхах, что Ваня вырастет «пустым», я лезла с вопросами и советами: «Детка, ребёнок сам не разовьётся, интересы ребёнка нужно развивать… Катюша, почему Ваня растёт на руках деда? Почему, кроме как книжку с дедом читать, у Вани нет никаких других занятий?» Понимания я не встретила, и Ваня так и остался брошенным на руки деда Андрэ.

– Завтра я начну разговаривать с Ванькой по-английски, – немного успокоившись, начала строить планы Катя, – деда попрошу, папу… трёх языков для начала хватит…

– Нет, детка, не ты. Мать должна разговаривать с ребёнком на родном языке. Язык – культурный код нации, хочешь, чтобы Ваня сознавал себя русским, ты должна говорить с ним по-русски. Проси папу и Макса, деда я уже предупредила.

Катя кивнула и продолжала:

– Надо посмотреть, как Ваня рисует…

– Посмотри. – Я поднялась, нашла в шкафу папку с рисунками Вани и подала ей.

– Я тебе платье намочила, – заметила она, забирая у меня папку. Просмотрела листы с обычными детскими каракулями и разочарованно протянула: – Даа… талантов у Ваньки нет.

– Макс считает, что у Вани хороший слух, – не согласилась я, и Катя смутилась. – У Вани пытливый ум. Он наблюдателен и помимо детских задаёт совсем недетские вопросы. У Стефана, например, недавно спросил: зачем людям разного цвета глаза? Заметь, не почему разного цвета глаза, а зачем они разные. А на прошлой неделе дед сетовал, что приходится использовать интернет, чтобы отвечать на вопросы Вани.