«Мы жили в эпоху необычайную…» Воспоминания

Когда пришло время ему возвращаться на родину, он сделал Людмилочке официальное предложение. Она долго думала и решила, что такой карьеры ей никогда не представится — быть принцессой. Но она все с умом делала. Он оставил ей деньги. Тут оформили брак, правда морганатический — в Сиаме не считался. И вот Тонгтикаю, когда уезжал, оставил ей крупную сумму денег, чтобы она могла приехать к нему, наняв какую-нибудь француженку или dame de compagnie для приличного сопровождения. Там принц представил ее королю. Тонгтикаю был племянник короля, но не имел прав наследования. Его двоюродный брат должен был стать следующим королем.

— А как ее воспринимали, когда она только появилась?

— Она описывала, как представлялась королю… Ползла в таких вот штанишках… Должна была полуголая ползти на коленях через несколько комнат к его трону, где он восседал. И там он ее принимал. А первенец, родившись, получил бриллиантовый орден. Значит, он племянник короля. Вот что-то в этом роде. Совершенно голый, темный младенец, и на голом теле этот подаренный королем бриллиантовый орден. Две девочки у них было и два мальчика.

А потом Людмила переписывалась не со мной даже, а с моей тетей. Фотографии детей присылала, и потом уже Фанни Михайловна в Париже с ней виделась. На родине мужа она, между прочим, преподавала французский язык, в институтах для девочек, так что вела деятельный образ жизни. Но она плохо переносила тропический климат, и Тонгтикаю попросил, чтобы ему дали место атташе при сиамском посланнике во Франции. Они поселились в Париже, в Сен-Клу: там резиденция была. И Фанни Михайловна посещала Людмилу там. Там она и умерла, наверное. А вот старший сын, по-моему, не в Англию, а в Америку поехал учиться, в какой-то из университетов. Она прислала нам из газеты вырезку, где приветствуют этого приехавшего сиамского принца, когда он сходит с парохода на берег.