Лекарь-воин, или Одна душа, два тела

Ночевали на постоялых дворах — купцы предпочитали отдыхать с комфортом. И правильно делали — холодновато стало, декабрь на носу. Господи, я уже полтора года скитаюсь по Европе, и не вижу свою любимую Людмилу! Интересно, она родила мне мальчика или девочку? Или сразу двух? Однозначно, уже родила и нянчит, ведь я скитаюсь намного дольше срока беременности. «Потерпи, милая, — произнес я мысленно, — подожду информацию из Ватикана, а потом тихо растворюсь за пределами Венеции, и поспешу к тебе».

— Что призадумался, Васент? — шутливо толкнул меня в бок Ульрих, когда мы сидели за столом и ужинали.

— Размышляю, как буду жить дальше. Пребывая в Ватикане, я некоторым образом растерял клиентов, обо мне могли уже забыть, а свято место пустым не бывает, захватят враз. И в Венеции, и в Вероне у меня были лечебницы, а сейчас не знаю, сохранились ли.

— Сохранились, не переживай. Это мне нужно было переживать в свое время, я даже хотел наложить на себя руки, а потом наобум пришел к тебе с проблемой, и ты мне помог. Не просто помог, а вернул жажду к жизни. Знаешь, иногда, глядя на себя в зеркало, я нахожу, что стал вполне симпатичным человеком, — усмехнулся Ульрих.

— Обычно свое творение хвалить у лекарей не принято, но вынужден с тобой согласиться. Ты действительно, красавец-мужчина, такому любая девушка не откажет.

— Мне любая не нужна, мне нужна такая, которая бы стала второй моей половиной.

— Какие твои годы!? Найдешь суженную. Главное, чтобы родители ее приняли.

— Отец и мама примут, будут очень рады моей жене, ведь я у них единственный сын, а остальные — дочери. Но, честно сказать, боюсь — вдруг они не узнают меня в новом облике.

— Сердце подскажет. Наверняка у тебя есть сходство с отцом.

— Мама об этом мне говорила.

— Маме надо верить, она точно знает от кого родила сына.

— Ты хоть знаешь, кто я?

— Нормальный, молодой и симпатичный капитан гвардейцев, компанейский парень.

— А еще я кронпринц Ульрих фон Гриндфельдорф Австрийский.

— Ничего себе! Ты, правда, не шутишь? Вот это так поворот! Ну, ты меня удивил! Прошу меня простить, Ваше королевское Высочество, — тихо произнес я, почтительно склонив голову — не знал. Ей Богу, не знал!

— Еще раз попытаешься так обращаться ко мне, обижусь. Мой друг имеет право называть меня по имени.

— Неожиданно, если честно. Я, так понимаю и в гвардии о твоем происхождении ничего не знали. А я-то все думал, слушая твои интересные прожекты о реформировании австрийской армии, как тебе это удастся осуществить! Ну, теперь все стало на свои места!

— Правильно понимаешь. Я, когда поступил на службу, был страшным уродом, носившим на лице повязку, нельзя было показываться людям в том виде. Я и родину покинул из-за недуга. Случилась у меня некая душевная трагедия. Среди фрейлин моей мамы была блистательная графиня, назовем ее Мартой. Очень симпатичная молодая особа. Влюбился я в нее без ума, оказывал знаки внимания. Как мне показалось, она отвечала мне взаимностью, даже не обращала внимания на скрытое повязкой лицо. Полгода все было хорошо, подумывал ей сообщить о своих чувствах и о телесном недостатке. Но потом, чисто случайно я подслушал ее беседу с моей тетей.