Дарвиновская революция

Лондонское королевское общество в 1860-е годы сильно отличалось от того, каким оно было в 1830-е. За это время там были проведены крупные реформы, и к желающим вступить в него предъявлялись жесткие требования научного мастерства. В 1870-е годы оно полностью перешло в руки дарвинистов: Гукер стал президентом, а Гексли – секретарем (а затем и президентом). Но в 1860-е годы дарвинисты были еще не так сильны, поэтому тогдашний его президент, генерал Эдвард Сэбин, выступил против идей Дарвина. Но провидение идет своими путями, подчас тонкими, а подчас и не такими тонкими, и вскоре дарвинистам представилась возможность отплатить ему той же монетой. Друзья Дарвина, в частности Гексли, позаботились о том, чтобы в 1864 году ему была вручена высшая награда общества – медаль Копли. И когда Сэбин попытался было сделать акцент на то, что награда мистеру Дарвину вручается вовсе не за «Происхождение видов», они заставили его изменить весь строй приветственной речи. В 1868 году награду общества – Королевскую медаль – получил уже Уоллес, и выдержки из его работы о естественном отборе были включены в сопроводительный список заслуг и достижений, прилагавшийся к награде.

Хотя, по традиции, для публикации в изданиях общества отбирались работы, относительно свободные от теоретических выкладок, но и здесь – особенно в «Протоколах» – дарвинисты потрудились на славу, оставив заметный след. Когда в 1862 году Уильям Генри Флауэр представил на рассмотрение редакционному совету работу, поддерживавшую взгляды Гексли на человека в противовес позиции Оуэна, то главный редактор – а им на тот момент оказался сам Гексли – пришел в восторг и заявил, что и по манере исполнения, и по сути «эта научная статья представляется мне абсолютно заслуживающей места в “Философских протоколах”» (RR.4.97 [ред. отчеты Королевского общества]; странно, но Гексли неверно определил автора). Это же относилось и к работе, представленной Уильямом Китченом Паркером (1866), где приводилось описание черепа страуса. Автор, заявив о том, что у него нет ни малейшего намерения заниматься теорией, в конце осторожно замечает, что череп страуса ни в коем случае не может быть частью позвоночника. Рецензируя эту работу, Гексли написал: «Я не колеблясь настоятельно рекомендую к публикации основную часть этой статьи» (RR.5.173, RR.4.97). Поскольку Флауэру, как и другим членам совета, статья тоже пришлась по вкусу, она вскоре появилась в «Протоколах».