Битва за Лукоморье. Книга II [сборник litres]

На столе, стараниями помощников Радея, дымился горшочек с жарким, в мисках золотился наваристый суп, истекал жиром запеченный с душистыми травами судак. Невысокий познайка Пафнутий, не доверяя лохматым великанам-разгрёбам и притащив для удобства скамеечку, лично расставил дорогую расписную посуду из тонкого заморского фарфора.

Радей разлил по чарам темное, почти черное вино:

– Здрава будь, сестренка, за встречу!

– За встречу! – Василиса вдохнула тонкий аромат напоенных солнцем ягод, пригубила вино, поняла, что ужасно проголодалась, и взялась за ложку.

Похлебка была отменной, мясо в жарком – мягким и сочным.

– За дружбу! – под судака Радей разлил янтарное искрящееся вино из другого кувшина.

– За дружбу! – поддержала Василиса, отламывая кусочек рыбы для разнежившегося на коленях у хозяина кота. – Ты забыл рассказать, как Василий Знахарыч тебя спас?

– Да было дело, крепко мы с друзьями в одном городишке выпили по поводу… – Радей замялся. – В общем, был повод. Домой я пришел под утро, завалился спать, не выставив никакой защиты. И случилось так, что полезли ко мне тати, уж не знаю, чем поживиться хотели у вчерашнего ученика чародея – то ли конспектами потрепанными, то ли портянками нестираными, а только шутить эта братия не любит, ходят с кистенями да кастетами, могли и просто по злобе прибить. А Знахарыч как раз с ночной гулянки возвращался, приметил чужих в комнате да как прыгнет на голову одному, вцепился в харю когтями, всю разодрал! Тот от неожиданности вопит, другой тоже испугался, шарахнулся, свалил что-то, тут и я проснулся. По счастью, сразу сообразил, что к чему, от души и без изысков исцарапанному вмазал кулаком по роже, а другому, удирающему, филейную часть поджарил на прощание – уже волшбой.