Маргиналы в советском социуме. 1930-е — середина 1950-х годов
- Автор: История Коллектив авторов --, Красильников Сергей Александрович
- Год: 2017
- Язык: русский
- Год: Политическая энциклопедия
- ISBN: 978-5-8243-2184-5
- Жанр: История
Электронная книга - «Маргиналы в советском социуме. 1930-е — середина 1950-х годов». Краткое содержание книги:
В очерках отражены основные аспекты, характеризующие механизмы формирования и эволюции таких «теневых» элементов социальной структуры, как тылоополченцы, спецпереселенцы, этнодепортанты, конфессиональные маргиналы, лица, подвергшиеся госпроверке («фильтранты»), частные предприниматели.
Представлены основы жизнедеятельности названных групп (социальные статусы, облик, адаптационные практики).
В 1944 г., в соответствии с положением об отделе спецпоселений ГУЛАГ НКВД СССР № 0049 от 12 января 1944 г., ОТСП НКВД СССР был реорганизован в Отдел спецпоселений (ОСП). В связи с этим был упразднен ряд наименований, таких как «трудпоселенцы», «ссыльнопоселенцы», «трудпоселки» и «трудссылка». Теперь «труд-поселенцы (бывшие кулаки)» становились «спецпереселенцами (бывшими кулаками)», «ссыльнопоселенцы» — «спецпереселенцами (ссыльными из Молдавской и Прибалтийских республик)»[770]. Однако, кроме названий, ничего не изменилось. 17 августа 1944 г. был организован ОСП НКВД СССР. Основанием для создания самостоятельного отдела в составе НКВД послужило «значительное переселение за время Отечественной войны новых контингентов…». Функции отдела включали содействие трудовому и хозяйственно-бытовому устройству спецпереселенцев, их «оперативное чекистское обслуживание», а также учет и административный надзор за ними в местах расселения. На 5 сентября 1944 г. на попечении отдела находилось 2 млн 225 тыс. спецпереселенцев из различных «контингентов»[771].
В том же 1944 г. на места было отправлено разъяснение о том, кто из членов разрозненных в результате высылки семей подлежит розыску и соединению. Согласно этому документу органы НКВД должны были разыскивать и соединять ссыльнопоселенцев, состоявших в следующем родстве: «А) родителей и несовершеннолетних детей; Б) родителей и совершеннолетних детей, если родители до переселения находились на их иждивении или имели с ними общее хозяйство; В) мужей и жен; Г) нетрудоспособных и несовершеннолетних спецпереселенцев и их родственников, на иждивении которых они находились до переселения или тех, которые могут их взять на свое иждивение в настоящее время»[772]. Розыск мог быть инициирован по заявлению кого-либо из вышеперечисленных родственников. Вопрос о переселении решался органами НКВД, исходя из «состояния хозяйственно-трудового устройства соединяемых, их желания и целесообразности»[773].
Следующий документ, регламентировавший условия жизни и устанавливавший положение «ссыльнопоселенцев», был принят лишь через год — в январе 1945 г. Постановление СНК СССР № 35 от 8 января 1945 г. «О правовом положении спецпереселенцев»[774] немногим отличалось от более ранних документов по данному вопросу. Его принятие, на наш взгляд, обусловливалось лишь увеличением числа «спецпереселенцев» за счет т. н. новых контингентов и необходимостью в унифицированном оформлении их правового положения.
Если в первые годы пребывания в ссылке государство устанавливало и оговаривало именно режим пребывания на спецпоселении, то в последующем, в связи с увеличением числа различных «спецконтингентов», акцент был перенесен на регламентацию агентурно-оперативной работы спецорганов. К сожалению, почти все документы, связанные с этим кругом проблем, до сих пор являются секретными. Однако из косвенных источников известно о существовании циркуляра НКВД и НКГБ № 203/89, принятого в 1944 г., по которому соответствующие органы на местах должны были увеличить число агентов и осведомителей среди «спецпереселенцев»[775].
Еще одной важной стороной взаимоотношений государственных органов и спецпереселенцев являлась уголовная ответственность последних за всевозможные нарушения и преступления. В регламентирующих документах оговаривалось, что ссыльнопоселенцы привлекаются к уголовной ответственности в общем порядке. Однако о том, как именно проходили суды и были ли они вообще, в источниках не упоминается. Тем не менее в воспоминаниях самих спецпереселенцев упоминания об этом встречаются нередко. Чаще всего ссыльные осуждались за расхищение социалистической собственности, прогулы и другие мелкие правонарушения. Д. Гринкевичюте в своих воспоминаниях пишет о суде над ней за кражу нескольких досок. «Суд происходил в соседнем бараке, — пишет она. — Стоял стол, покрытый красной материей. На скамье подсудимых нас сидело семеро. Пятеро за доски, двое за хлеб. …За полчаса судья опросил шесть человек и обратился ко мне…
770
Там же. Д. 155. Л. 9–9 об.
771
История сталинского ГУЛАГа. Конец 1920 — первая половина 1950-х годов / Под ред. Ю. Н. Афанасьева, П. Грегори, В. П. Козлова и др. Сб. док.: в 7 т. Т. 5: Спецпереселенцы в СССР. М., 2004. С. 439.
772
ГА РФ. Ф. Р-9479. Оп. 1. Д. 155. Л. 87.
773
ГА РФ. Ф. Р-9479. Оп. 1. Д. 155. Л. 87.
774
Депортация народов СССР: 1930-е — 1950-е гг. Т. 1–2 / Сост. О. Л. Милова. М., 1992, 1995. Ч. 1. С. 76–77.
775
ГА РФ. Ф. Р-9479. Оп. 1. Д. 164. Л. 161. Подробнее см.: Белковец Л. П. Административно-правовое положение российских немцев на спецпоселении 1941–1945 гг.: Историко-правовое исследование. Новосибирск, 2003. С. 227–252.