Лебединый замок (СИ)
- Автор: Omega-in-exile
- Язык: русский
- Жанр: Слэш
Электронная книга - «Лебединый замок (СИ)». Краткое содержание книги:
Начальник гвардии презрительно оттопырил губу и ничего не ответил.
- Помилуйте, пока министры соберутся, пока они изучат данный вопрос, пока они его обсудят… Будет уже поздно.
Начальник гвардии налил себе четвертый стакан.
- К тому же, - продолжал канцлер, - к тому же, об этом узнает слишком много людей. Один министр проболтается секретарю, второй – жене, третий - любовнице… В конце концов об этом узнает вся столица.
Начальник гвардии осушил стакан.
- А этого нельзя допустить! - канцлер все больше нервничал, видя индифферентность собеседника.
- Нельзя, - с готовностью кивнул начальник гвардии и впервые закусил шнапс огурчиком. – Нельзя. Поэтому ваше тупое стадо должно принять решение очень быстро и так, чтобы об этом никто не узнал.
- Но это невозможно! – топнул ногой канцлер.
- Тогда какое вы к черту правительство?
- А какой вы к черту начальник гвардии?
- Я начальник гвардии, а не тайной полиции. Проклятье! Да если в правительстве заседает стадо ослов, если тайная полиция – это кружок белошвеек, а на троне сидит сумасшедший, тогда пусть всё это королевство катится ко всем чертям! Потому что оно этого заслуживает!
- Послушайте! – старый канцлер побагровел, голос его задрожал, и казалось, что он вот-вот разрыдается. –Вы тысячу раз правы! Я готов подписаться под каждым вашим словом! Вся надежда на вас, только на вас!
- На меня? Тогда послушайте вы! Вы сейчас же соберете своих ослов-министров на экстренное заседание и не выпустите их из кабинета до тех пор, пока они не примут решение, а вы не заверите это решение своей подписью и печатью. Эта бумага должна быть немедленно доставлена мне, я тут же соберу своих гвардейцев, и мы отправимся в Лебенберг. Если вы поторопитесь, к утру всё закончится. Или начнётся.
- Торопиться не нужно! – раздался голос позади них.
Канцлер и начальник гвардии вздрогнули и обернулись.
В дверях стоял архиепископ.
- Торопиться не нужно, - повторил он с холодной улыбкой. – Все, что делается в подземельях Лебенберга, нам только на руку. У меня есть другой план.
Начальник гвардии налил себе пятый стакан и отодвинул подальше блюдечко с огурчиками.
***
Король вышел на террасу, прислушиваясь к удалявшемся топоту копыт. Тише, тише, тише… Вот, совсем замолк. Ветнер уехал. Недовольный, разобиженный, твердо намеревающийся навсегда покинуть королевство. Что ж, вот и еще один друг исчез. Да много ли их было?
Людвиг горько улыбнулся, его длинные, белые пальцы пробежали по железной решетке, хранившей память о ночи почти двадцатилетней давности. Эта решетка тогда стояла в другом замке, ибо Лебединый замок не был еще построен. В ту ночь была такая же полная луна, освещавшая темные склоны Альп и такое же серебристое озеро в долине. Был день рождения короля и год с момента его восшествия на престол. На берегу был накрыт великолепный стол с изысканными кушаньями и винами, а в полночь для короля был приготовлен сюрприз. В небо взлетели разноцветные струи фейерверка, и посреди озера появилась ладья, похожая на огромного лебедя. На ладье стоял Карл фон Плетценбург, тогда совсем еще юный, одетый в серебристый костюм, переливавшийся в лунном сиянии. Зазвучала музыка - это заиграли музыканты, спрятанные в кустах на берегу, и Карл запел. Его голос, высокий и тугой, завораживал, а музыка была прекрасной и печальной. Это была ария из «Лохливена». Людвиг впервые услышал музыку Ветнера. Именно тогда он решил, что обязательно пригласит этого музыканта в свое королевство, а если тот не согласится, то силой заставит приехать. Ветнер приехал сам.
И вот, Ветнер покидает его королевство. Стоит такая же лунная и звездная ночь. Только музыка больше не слышна. Глухая тишина тяжелым, темным покрывалом лежит на Альпах, и никогда больше это покрывало не поднимется. А Карл больше не поет. Он уверяет, что давным-давно потерял голос, и лишь одному ему известно, правда это или нет. Карл никогда не бывает искренним. Иногда кажется, что он просто не способен быть искренним, даже если вдруг этого захочет… Карл… Кстати, где он? Куда-то уехал… Куда же? Король наморщил лоб, силясь вспомнить, но так и не смог.
Его рука поискала серебряный колокольчик, но колокольчика не было, ведь он остался на столе в кабинете. Король потер виски, как будто не понимая, что ему делать дальше.
Но тут за его спиной бесшумно появился все тот же смазливый лакей. Хотя его появление было почти беззвучным, король резко обернулся.
- Что вам нужно? - резко спросил он. – Как вы смели меня потревожить?
- Простите, ваше величество, - с наглой улыбкой отвечал лакей, - мне показалось, что вы…
- Почему вы без маски? – оборвал его Людвиг.
Улыбка исчезла с лица лакея, ее на пару мгновений сменило изумление. Но затем лакей снова заулыбался.
- О, ваше величество, если вам угодно…
- Я не выношу вашего лица. И если вы хотите оставаться у меня на службе, вам придется являться ко мне только в маске. В противном случае я вышвырну вас вон! - в голосе короля звучал металл. - Я не выношу вашего лица! Не выношу. И не желаю его видеть. Мне вообще противны человеческие лица!
- О, ваше величество, - лакей ничуть не был смущен. – Вы никогда больше не увидите моего лица. Отныне оно навсегда будет скрыто маской.
- Железной маской!
На лице слуги появилась досада.
- Как будет угодно вашему величеству, - почтительно произнес он.
- И сделайте что-нибудь с вашим голосом, сударь!
- Что угодно вашему величеству?
- Ваш голос… Его тональность… она совершенно дисгармонична, она неестественна! Я не в силах его слышать!
- Попытаюсь, ваше величество, - произнес слуга, стараясь говорить как можно глуше.
- Так лучше, - с тяжелым вздохом произнес король. – Так лучше. Звуки вашего голоса… Кстати… вам не кажется, что водопад тоже звучит несколько дисгармонично?.. Впрочем, что вы в этом понимаете…
Лакей благоразумно промолчал.
- Где граф фон Плетценбург? – безо всякого перехода спросил король. – Где мой адъютант?
- Граф в столице, ваше величество.
- В столице? Он уехал, ничего мне не сказав? Немедленно послать за ним!
- Простите, ваше величество, - терпеливо произнес лакей, не подавая и виду, что король задавал ему тот же вопрос всего пару часов назад, - простите, ваше величество, граф отправился в столицу с вашего соизволения, просто вы изволили запамятовать…
- Ваш голос, сударь, ваш голос! Извольте говорить тише, если не хотите, чтобы я сошел с ума!
Слуга поклонился, скрывая выражение усталой злости на лице.
- Все равно, - произнес король. – Все равно, немедленно послать за графом! И пусть гонец чем-нибудь обернет копыта своей лошади! Я не желаю слышать конского топота. Звук удаляющегося конского топота меня угнетает! Вы слышите, сударь?
- Да, ваше величество.
- А я… Я тоже уезжаю.
Лакей молчал.
- Почему вы молчите?
- Чтобы не раздражать ваше величество.
- Вы меня не раздражаете, сударь. Меня раздражает только ваше лицо и ваш голос. Велите подать карету.
- Слушаюсь, ваше величество.
- Мне хочется в Вену … Нет, лучше в Париж. Он дальше от этого проклятого королевства. Слышите, сударь? Велите запрячь лошадей!
- Ваши лошади всегда готовы, ваше величество.
- Тише, тише! И отвернитесь! Я не желаю видеть ваше лицо!
Лакей отвернулся и закатил глаза.
Король прошествовал вниз. Лакей опередил его, стремительно сбежав по боковой винтовой лестнице.
- Экипаж его величества! – крикнул он. – Его величество желает отправиться в Париж!
Когда король спустился, его уже ожидала закрытая карета. Он уселся в нее, форейтор захлопнул двери, и карета в сопровождении двух сонных, отчаянно зевающих гвардейцев выкатилась из ворот замка.
Путешествие в Париж заняло всего около получаса. Карета остановилась на берегу озера, недалеко от того места, где ранее той же ночью Людвиг встретился с Ветнером.
Форейтор соскочил с запяток и отворил дверцу кареты.
- Ваше величество прибыли в Париж.
Король вылез из кареты, огляделся, удовлетворенно кивнул и подошел к обрыву. Луна уже зашла за альпийскую гряду, озеро казалось черной бездной, от которой веяло холодом. Людвиг поежился и отступил на шаг. Кучер, форейторы и гвардейцы невозмутимо ожидали его. Они давно привыкли к подобным причудам короля. А Людвиг продолжал вглядываться в озерный мрак, как будто пытаясь что-то разглядеть.