Популярные очерки о российских императорах

Любила Анна Иоанновна и шумные развлечения, в частности — пиры и балы, на которых она неизменно появлялась в новом роскошном платье: по-видимому, так государыня компенсировала годы прозябания в Митаве. Однако бурные увеселения императрицы отнюдь не радовали ее придворных — как раз наоборот, ибо нередко в ходе этих празднеств Анна, и без того обладавшая грубым нравом, попросту переходила все мыслимые границы приличия и могла между делом выказать свое откровенно пренебрежительное и даже оскорбительное отношение к окружающим, кем бы они ни были. В частности, широко известен эпизод, связанный с именем князя М. А. Голицына и строительством Ледяного дома.

Князь Голицын принадлежал к знатному аристократическому семейству и в юности был одним из любимцев Петра I, по воле которого поехал учиться в Европу. Случилось так, что, будучи в Италии, князь влюбился в простолюдинку и ради этой любви принял католичество. Позднее с женой и ребенком он вернулся в Россию, и некоторое время ему удавалось скрывать и свой брак с иностранкой, и свой переход в иную веру, но это все же стало известно. В наказание за вероотступничество князь против своей воли был сделан одним из придворных шутов Анны Иоанновны.

Вообще и русские вельможи, и иностранные посланники не без удивления отмечали, что двор императрицы Анны полнится всевозможными странниками и приживалками, ворожеями и предсказателями, юродивыми и шутами. Тут надо сказать, что сама по себе роль шута (или, как его чаще называли на русский манер, «дурака») не рассматривалась как нечто унизительное: в представлениях людей той эпохи придворный шут — это почти такая же важная должность, как и любой другой придворный чин. Да, над выходками шута смеялись и часто подтрунивали над ним самим, порой — вовсе не по-доброму, но при этом все прекрасно понимали, что без шута нельзя: он не только поднимал настроение, но и был своего рода «громоотводом», который мог вызвать на себя немилость монарха, спасая тем самым другого. При этом на самого шута гневаться было нельзя, ибо «что с дурака взять»? Конечно, и шуту было дозволено отнюдь не все, но, тем не менее, неосмотрительное слово в адрес государя, за которое любого несчастного ждала суровая кара, шуту стоило лишь бранного слова в ответ или, в крайнем случае, пощечины. И потому в шуты шли в том числе и люди знатные: кто по собственной воле, а кто, как князь Голицын, против нее. Но главная проблема заключалась в том, что, как уже отмечалось выше, Анна Иоанновна нередко позволяла себе переходить те неписанные границы элементарной человеческой корректности, которые существовали даже по отношению к шутам, и одной из таких «забав» императрицы стала насильственная женитьба М. А. Голицына на калмычке Е. И. Бужениновой. Для празднования свадьбы на льду замерзшей Невы был построен Ледяной дом. Он был выложен из кусков чистого льда, облитых для прочности водой, имел 6 метров в высоту, 16 метров в длину и 5 метров в ширину и был украшен ледяными статуями, фонарями и часами. Все убранство дома также было изо льда.

Для проведения «шутовской свадьбы» из разных губерний России были выписаны представители коренных народов, олицетворявшие собой «друзей невесты», которые вместе с вовлеченными в этой действо придворными составили кортеж в триста персон, подъехавший к «жилищу молодоженов» на оленях, собаках, козах и свиньях. После свадебного пира «молодых» проводили в Ледяной дом, где они, несмотря на холод, были вынуждены провести «первую брачную ночь», причем пикантность моменту придавали полупрозрачные стены дома. Саму же государыню такие условности не волновали: ей было весело.

Так, сменяя унылые будни сомнительными увеселениями, царствовала императрица Анна Иоанновна. Правили же страной уже казавшийся «вечным» барон А. И. Остерман, фельдмаршал граф Б.-К. Миних и, конечно, фаворит государыни Э. И. Бирон, для которого в 1737 г. Анна практически силой вытребовала титул герцога Курляндского.

Говоря о политических мероприятиях правительства Анны Иоанновны, нужно отметить, что общее положение дел внутри империи оставалось тяжелым: содержание армии, флота, бюрократического аппарата и роскошествующего двора требовало огромных расходов, а денег в казне по-прежнему не хватало. Как всегда, крайне острой была проблема налоговых недоимок, для «выбивания» которых по городам и весям были разосланы воинские команды. Еще больше команд было занято войной с преступниками, поскольку на большей части территории страны значительно выросло количество разбоев и грабежей. К примеру, только один отряд подполковника Реткина и только за один 1736 г. выловил 825 воров, а всего за десять лет царствования Анны Иоанновны было сослано и казнено около сорока тысяч человек. Одной из причин резкого подъема криминала стал сильный голод из-за неурожая 1734 и 1735 гг. И тогда же в Москве случился один из самых страшных в истории пожаров — сгорел практически весь город, в том числе и Кремль. А на фоне этого в Петербурге продолжалась чреда пышных императорских балов и маскарадов.

Впрочем, царствование Анны Иоанновны было отмечено и положительными тенденциями, главным образом, как это ни странно, в области культуры: культивирующаяся при дворе Анны роскошь способствовала развитию архитектуры, живописи и музыки, причем все это затронуло не только «высший свет», но и провинциальное дворянство, которое постепенно привыкало уделять все больше внимания своему досугу, меблировке своего дома, своей одежде.