Повна академічна збірка творів

Свойм, назвав их у Исаїи новыми Небесами и новой Землею445. Все то есгь Жильїо Божїе, а ты одно старайся: узнать себе. Как ты здѣлаешся мѣсгом Богу, не слушая нетлѣннаго Гласа Его? Как можешь слышать, не узнав Бога? Как узнаєш, не сыскав Его? Как же сыгцешь, не распознав себе самаго? Правда, что хвалится Павел Человѣком каким-то, но он сыскал Его внутрь себе: "Не живу Аз, но живет во мнѣ Христос"446. А каким образом себе познавать? И говорено уже, и Аввакум там же вдруг учит: "Посредѣ двою животну познан будеши"447. Видиш? что то же говорит, что Аврааму Бог: "Возьми мнѣ юницу трилѣтну..."448 Авраам догадався, расгесал на пблы её. Многіи подумали бы, что Авраам вздор и чепуху плетёт. Никак! Авраам очень догадлив. Он слышит, чево себѣ хогцет Бог в Посвягценїе? "Святй их во Истинѣ твоей, Слово твоє Истина есгь"449. Кто ж может сказать, чтоб в пос[вя]гценїе себѣ, то есть в познанїе Истины своея, требовал Господь от своего Авраама Волбв, Овнбв, Телцбв, Козлбв? Не чепуха ли се? Да и чем разнйтся от Скотов и Звѣрей Человѣк, не узнавшій себе? Вѣдь слышим Давида, что Человѣк, в Чести (безспорно) находясь, но не понимая находягцагося в себѣ Великолѣпнаго Царствїя Божїя, совсѣм тѣм скотом здѣлался, не разумѣя Истины Господнїя450. Агнец, напримѣр, жареный, и в собранїи Истину любягцих, и союзом блаженныя Любви связанных Прїятелей ядбмый, может Церемонію дѣлать, то есгь тайно назнаменовать и в догадку разум наш приводить, что Человѣк, ради благополучїя своего, должен себе посвятить Боїу, то есть отдать на исканїе и жванїе точныя Исгины, но се одна только, только Церемонія, то есгь Узол и Тайный Значок. Если ж мы этой Шелухй, или Корки, не проницаем догадкою, а не разумѣя, слѣдовательно, ниже исполняем, в то время уже Церемонія, как Орѣх без Зерна, пуста. А длячего? Длятого, что не приводит Мыслей к тому Центру, для показання котораго она и родилась. Если бы Человѣк прозывался Козлом, а никто того не знает, в то время и именовать его козлом есть дѣло пустое, потому что слышателева Мысль на Козлѣ остановится, не дойшов до Человѣка. Всѣх во всѣх Странах и Вѣках Церемоній, всѣх Узлов, всѣх тайных Образов Печатей и Признаков Центром, или Концем, тут-то все-на-все кончится, а что такое? Человѣк! Что бы оно ни было: дѣло ли, дѣйсгвіе ли, или Слово - все то пустая пустошь, если оно не получило собьітїя своего в самом Человѣкѣ. Не всякое ли дьіханїе451 и не вся ли Тварь изображенна на картинѣ Свягценныя Библіи? Небо, Земля, Море и все исполненїе их452. Но вся ая разновидная плоть, вся сїя неизмѣримая безчисленносгь и видимость стекается в Человѣкѣ и пожирается в Человѣкѣ и как самое просграннѣйшее дерево, временносгью обетшаюгцее, и дряхлѣюгцее, и исчезаюгцее, в своем Сѣмени, как в мѣлчайшей точкѣ, с вѣтвами, листом и плодами безопасно сокрывается. Все, что там только именуется, даже до послѣднія чертьї, до крбшечныя точки, все Нуждою обязано во исполненїе прїйти в самом Человѣкѣ. Посему-то и Павел, поминая Солнце, Луну, Звѣзды, ведет все de в Воскресеніе453, то есть к Человѣку. Да и гдѣ ж быть в другом мѣсгѣ