Выйти из хаоса. Кризисы на Ближнем Востоке и в Средиземноморье [litres]

Появившаяся в качестве противовеса такфиристам фигура генерала Сулеймани успокоила и набожных шиитов, на которых опирался режим, и представителей среднего класса, охотно щеголявших в частной жизни своим агностицизмом, и даже атеизмом, и питавших к ИГИЛ и их подельникам то же чувство страха пополам с отвращением, что и соответствующая социальная группа в Европе. На базарах иранских центров паломничества с 2015 года торговали сувенирами, посудой и бельем с изображением Сулеймани. Среди примерно пятисот тысяч пользователей Интернета по случаю иранского Нового года (Навруз) 21 марта 2018 года был проведен соцопрос. Согласно его результатам, опубликованным на «умеренно-консервативном» сайте «Khabaronline», командующий «аль-Кудс» с 37,3 % голосов оказался наиболее популярной личностью. (За ним идут министр иностранных дел и ответственный за переговоры с Западом Мохаммад-Джавад Зариф (29,9 %) и скончавшийся недавно местный певец Муртаза Пашаи (18,2 %), автор-исполнитель слащаво-сентиментальных и при этом идеологически выдержанных песен).

Скрывавшаяся за внешне мирным и безобидным фасадом этого хит-парада страны мулл несокрушимая и легендарная фигура Касема Сулеймани в реальности воплощала в себе поступательное наращивание военно-политической мощи Ирана на протяжении двух десятилетий. Он создавал, когда «халифат» ИГИЛ осенью 2017 года был ликвидирован, а сирийское восстание близилось к развязке, региональную гегемонию усилиями третьих сторон. В первую очередь для того, чтобы подорвать ее, Дональд Трамп и объявил 8 мая 2018 года, в разгар великого переустройства Ближнего Востока, о выходе США из СВПД. Американский президент рассчитывал, что возобновление санкций перекроет кислород Ирану и приведет к смене режима в Тегеране, не дав ему воспользоваться плодами его побед.

Эта политика напоминает о доктрине, которую хотели проводить в жизнь после 2001 года на Ближнем Востоке неоконсерваторы и адептами которой оставались советник президента США по национальной безопасности (с 9 апреля 2018 года до 10 сентября 2019 года) Джон Болтон и госсекретарь Майк Помпео. Выступая с речью в аналитическом центре «Фонд Наследие», Помпео представил 21 мая 2018 года список из двенадцати требований к иранской власти, по сути сводившихся к требованию капитуляции. Госсекретарь США не скрывал, в кого он метит в первую очередь. «Во время действия СВПД Иран активизировал свою экспансию по всему Ближнему Востоку. Касем Сулеймани с легкостью распоряжается обретенными деньгами (в оригинале «playing with house money». Игра слов, означающая «загребает жар чужими руками». – Прим. пер.), которые стали кровавыми. Его кампании подпитываются огромными денежными поступлениями с Запада». Остается ждать, удастся ли добиться заявленных в этом списке глобальных целей. И не приведет ли это в конечном итоге лишь к ослаблению лагеря сторонников президента Рухани?