Я предупреждал о войне Сталина. Записки военного разведчика

Днем наш поезд прибыл в Стокгольм. Нам очень хотелось выйти на перрон и посмотреть хоть частичку столицы Швеции, но в тамбуре стояли откормленные, как боровы, полицаи с круглыми, как огромный арбуз, мордами, с белыми дубинками в руках. Они строго запретили нам выходить из вагонов. К поезду подошло много народа — шведов, мужчин и женщин. Все они с улыбками радости встречали нас. Отношение народа к нам было дружелюбное. Но мы заметили и разницу между народом Швеции и Норвегии. Здесь приветствия выражались в каких-то ограничительных рамках — по-видимому, людям не разрешалось проявлять к нам особую симпатию. В отношениях с норвежцами у нас была большая искренняя дружба. Нас объединяла общая трагическая судьба — война, зверства фашистов и совместная борьба против них. После освобождения норвежский народ выражал нам, как родным, свои доброжелательные чувства. Здесь было совсем другое. Да и по внешнему виду шведы отличались от норвежцев. Было хорошо видно, что их не коснулась своим крылом война. У норвежского народа были изможденные лица и скромные одежды, а здесь во всем виделось изобилие и сытость. В особенности эти сытость и откормленность заметны были на лицах полицейских, которые сновали вдоль эшелона и отгоняли шведов от окон вагонов. Полицейские запрещали народу с нами разговаривать. Стоял я у окна и думал: да, это другая страна, здесь иной мир. Здесь основой государства, как и в Германии, является полицейская дубинка. Бежавшие сюда из Норвегии фашистские преступники найдут здесь гораздо лучший прием, чем мы. Интересно, думал я, знает ли шведский народ, что все военные и гражданские преступники, набив чемоданы золотом и норвежскими кронами, бежали сюда и уже обосновались здесь. Благо граница между Швецией и Норвегией была открыта. Позднее я внимательно следил за сообщениями в газетах из Швеции. И не было ни одного сообщения о том, что шведское правительство обнаружило бежавших из Норвегии в их страну фашистских преступников и привлекло их к суду. А ведь их бежали сюда тысячи. Немецких солдат направили в Берген, а затем морем перевезли в Англию, в лагеря военнопленных. А видные фашистские генералы, эсэсовцы и крупные чиновники, ограбив норвежские банки, бежали в Швецию. Даже мы, военнопленные, об этом знали, а шведское правительство, выходит, не знало? Мои раздумья были прерваны небольшим событием.

К дверям каждого вагона подошли группы мужчин и женщин с красными крестами на рукавах. За ними носильщики катили какие-то тележки, загруженные пакетами — продуктами. Часть шведов поднялась в тамбур и начала раздавать нам эти пакеты, строго по количеству едущих в вагоне. Оказывается, они уже заранее знали, сколько едет людей в каждом вагоне. Предупредили нас, что каждому по пакету. Пакеты эти были очень богатые как по количеству, так и по качеству. Здесь были банки мясных и рыбных консервов, большие куски копченой колбасы, куски сыра, банки паштета, шоколад, конфеты, сигареты, буханки белого хлеба. В общем, подарки шведского Красного Креста были богатые, и мы им были очень благодарны.