Я предупреждал о войне Сталина. Записки военного разведчика
- Автор: Новобранец Василий Андреевич
- Год: 2017
- Язык: русский
- Год: Яуза
- ISBN: 978-5-9955-0943-1
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Я предупреждал о войне Сталина. Записки военного разведчика». Краткое содержание книги:
Посмев пойти против «руководящей линии партии» и собственного руководства, которое в угоду Сталину закрывало глаза на любую информацию о приближении войны, Новобранец понимал, что рискует головой — но судьба хранила разведчика: его не посадили и не расстреляли, а всего лишь «сослали» в штаб Киевского Особого Военного округа, после 22 июня преобразованного в Юго-Западный фронт. В августе 1941 года начальник разведотдела 6-й армии ЮЗФ Василий Новобранец попал в плен в Уманском котле. Отказавшись сотрудничать с врагом, он прошел через все ужасы немецких концлагерей, выжил, бежал, партизанил на Украине и в Норвегии.
Обо всем этом, об увиденном и пережитом, Василий Андреевич рассказал в своих мемуарах.
Раздался свисток, звонок, и наш поезд тронулся. Все мы молча начали потрошить пакеты, а потом раздались восклицания: «Ого, вот спасибо шведам! Да, видать, шведы живут хорошо! Война им известна только понаслышке!»
На следующий день прибыли мы на берег Ботнического залива в порт Евле. Здесь нас погрузили на пароход и переправили в Финляндию в порт Раума. Здесь снова выгрузка. Построились мы в колонну и пошагали в какой-то городок.
Разместили нас в каком-то сарае, не совсем комфортабельно. Обед тоже был более чем скромный. Стало ясно, что мы прибыли в края, где была война. После обеда мы уже колонной по команде «шагом марш» шагали по финской земле. Прибыли мы на железнодорожную станцию, нас погрузили теперь уже в товарные вагоны, и двинулись мы дальше в путь, на Родину.
Глава 3
На следующий день, часов в 12 дня, мы пересекли советско-финскую границу в районе г. Выборга, здесь эшелон был остановлен. Подошли пограничники и сразу же потребовали сдать оружие. Сдали мы пистолеты, у кого были. Я с неохотой отдал свой «Вальтер», который отдал мне комендант лагеря капитан Свобода, когда мы разоружали охрану лагеря. Мне очень хотелось оставить его себе на память об этом нашем бескровном восстании. Ну, ничего не поделаешь — пришлось отдать.
Во второй половине дня наш эшелон прибыл в Выборг. Это был город, представляющий собой развалины после недавно отгремевшей войны. В районе железнодорожной станции я не увидел ни одного целого здания. Подошли мы с Калиниченко к вагону с арестованными. Ищем, кому же доложить о прибытии эшелона, передать документы и арестованных. Видим: вдоль эшелона стоит уже оцепление из солдат войск НКВД. На перроне ходят офицеры из войск НКВД. Группа офицеров подходит к вагону. «Это что за арестованные? — спрашивают они. — А ну-ка выходите из вагонов». Услыхав это, я обратился к одному из офицеров, к подполковнику: «Я начальник эшелона, мне нужно сдать людей по счету, документы и арестованных. Это власовцы, гестаповцы и полицаи. Кому я должен их передать?» Подполковник сказал: «Давайте сюда документы». Калиниченко протянул ему пакет со списками и компрометирующими документами. Раздалась команда: «Всем арестованным выйти из вагонов! Конвою передать винтовки! Всем идти в казарму! Солдаты вас поведут!»
Выстроились мы в шеренгу и под конвоем пошли в казарму. Эти фашистские преступники шли рядом с нами, обедали, спали рядом с нами. С чувством омерзения приходилось отодвигаться от такого соседа по нарам. Лежал я и думал: что здесь произошло? Почему нам устроили такое братание с этими фашистскими ублюдками? Долго думал, но ничего не придумал. Не мог объяснить этого факта. Получалось так, что нас с ними уравняли тоже как преступников. Допускаю, что и сейчас эти преступники где-то живут, затаясь.
В Выборге мы жили три дня. Сюда прибывали новые эшелоны из Норвегии. Ехал весь наш 1-й офицерский полк. Никто нас не беспокоил. Кормили нас хорошо. Мы получали солдатский фронтовой паек. Набросились мы на солдатские щи, борщ, гречневую кашу с мясом, черный хлеб показался нам пирожным. Ведь в Норвегии англичане нас кормили белым хлебом, и он нам до чертиков надоел. И мы поняли, что нет ничего вкуснее русского ржаного черного хлеба.
На четвертый день начали нас вызывать в контрразведку, где заполнялись на нас анкеты: имя, фамилия, звание, должность на фронте, место жительства до войны. На меня анкету заполнял капитан контрразведки. Заполнив анкету, он сказал: «Да, был такой Новобранец, но, по нашим данным, вы были убиты в бою в Подвысоком, как же вы умудрились воскреснуть?» Оказывается, моя жена получила в 1941 году на меня «похоронку» и единовременное пособие. Но я уже успел сообщить жене, что «воскрес из мертвых» и еду домой… «Ваши сомнения, — сказал я капитану, — можно легко рассеять. Организуйте мне встречу с бывшим начальником Разведывательного управления Генерального штаба генералом Голиковым. До войны я работал под его началом и из разведцентра уехал на фронт. Кроме него меня знают многие товарищи в Москве». — «Хорошо, — сказал капитан, — раз «воскресли» — поезжайте домой. Завтра утром в 10 часов отправляется эшелон».
На следующий день нас выстроили и повели на железнодорожную станцию Выборг. Отъезжающие были из разных лагерей, но подавляющее большинство было из нашего офицерского лагеря. Но почти все — военнопленные 1941 года. Погрузили нас всех в товарные вагоны и набили так плотно, что мы еле вместились на полу и на нарах. В один вагон со мной попали подполковник Калиниченко, подполковник Заикин, старший батальонный комиссар Глухов и др.