Я предупреждал о войне Сталина. Записки военного разведчика
- Автор: Новобранец Василий Андреевич
- Год: 2017
- Язык: русский
- Год: Яуза
- ISBN: 978-5-9955-0943-1
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Я предупреждал о войне Сталина. Записки военного разведчика». Краткое содержание книги:
Посмев пойти против «руководящей линии партии» и собственного руководства, которое в угоду Сталину закрывало глаза на любую информацию о приближении войны, Новобранец понимал, что рискует головой — но судьба хранила разведчика: его не посадили и не расстреляли, а всего лишь «сослали» в штаб Киевского Особого Военного округа, после 22 июня преобразованного в Юго-Западный фронт. В августе 1941 года начальник разведотдела 6-й армии ЮЗФ Василий Новобранец попал в плен в Уманском котле. Отказавшись сотрудничать с врагом, он прошел через все ужасы немецких концлагерей, выжил, бежал, партизанил на Украине и в Норвегии.
Обо всем этом, об увиденном и пережитом, Василий Андреевич рассказал в своих мемуарах.
Забегая вперед, скажу, что с генералом Ратовом я встретился в Москве в обществе СССР — Норвегия, и мы вспоминали с ним минувшие дни. Он спросил, получил ли я какую-нибудь награду. «Да, — говорю, — получил: полгода сталинских концлагерей!» — «Ай, какие подлые люди есть на свете; все-таки на тебя накапали!» — «Да нет, — говорю, — здесь дело не только во мне лично. Это политика уничтожения всех военнопленных 1941 года. Сталину и его приспешникам не нужны были живые свидетели его позора в начальный период войны. Но об этом долго рассказывать». — «Знаешь что, — говорит Ратов, — вот мой адрес, приезжай ко мне, и мы снова с тобой посидим и поговорим по старой памяти». Я собирался к нему заехать, но всегда была непогода. Он несколько раз приглашал меня, а я все откладывал встречу, а потом узнал, что он умер, мне было очень жаль своего друга.
Однако я забежал далеко вперед, мне нужно возвратиться к отъезду из Норвегии и к последующим событиям.
Глава 2
Война. начало войны
Через два дня, как было намечено, наш эшелон был готов к отъезду.
Подобрал я себе команду для сопровождения лагеря, взял самых лучших активистов-подпольщиков. Комиссаром эшелона я назначил батальонного комиссара Глухова Алексея Васильевича. Начальником штаба эшелона был назначен подполковник Калиниченко Иван Иванович. В составе команды были: подполковник Заикин, старший лейтенант Берниковский и многие другие. Для бывшего власовского руководства лагеря был выделен товарный вагон с охраной из бывших наших партизан в Норвегии. Все это было организовано, уже были комиссии по отправке на Родину.
В состав комиссии входили генерал Ратов, бригадир от США, английский агент, две переводчицы-женщины и один переводчик-мужчина. Комиссия заседала в одной большой комнате при союзном штабе. В другой комнате, отдельно, находилась группа союзных солдат-автоматчиков.
Прибывшие на комиссию подходили по одному к столу. Их просили назвать имя, фамилию, национальность, адрес на Родине и т. д. И последний вопрос: желаете ли ехать на Родину? Если ответ был положительный, военнопленного заносили в списки эшелона. При отрицательном ответе «Нет, не желаю» вызывался конвой — два автоматчика, — и этот человек под охраной направлялся в лагерь для перемещенных лиц. В этот лагерь можно было попасть любому военнопленному без всякой комиссии. Явиться к коменданту и заявить, что ехать на Родину не желает. И тогда он для руководства лагеря будет желанным гостем. Для того чтобы никто из наших людей не попал в этот лагерь для перемещенных лиц случайно или по ошибке и не отказался от поездки на Родину, нашему подполью нужно было проводить большую разъяснительную работу. Наши агитаторы сновали из лагеря в лагерь и проводили беседы. Кроме того, все лагеря в Норвегии возглавлялись старшими офицерами — активистами-подпольщиками из нашего офицерского лагеря. Они выходили в город группами по два-три человека. Благодаря этим людям отказа ехать на Родину не было. Было только несколько случаев побега из лагеря бывших полицаев и власовцев, таких как лейтенант РОА Краснов, полковник Зверев. Но мы их всех переловили и препроводили на Родину. В этом нам оказывала помощь норвежская полиция. Подавляющая масса норвежских полицейских являлась патриотами своей Родины. Они, как и весь норвежский народ, ненавидели гитлеровского холуя, правителя Норвегии Квислинга. Достаточно было нам сообщить, что наши беглецы — русские квислинговцы, как норвежская полиция с помощью норвежского народа их вылавливала и препровождала под конвоем к нам в штаб.
На комиссию я явился первым. Весь состав комиссии меня хорошо знал. Но тем не менее строго официально спрашивали: «Фамилия?» — «Новобранец Василий Андреевич». — «Звание?» — «Подполковник!» — «Национальность?» — «Украинец!» — «Домашний адрес?» — «Москва!» — «Желаете ли ехать на Родину?» — «Да, конечно, очень желаю! И прошу занести меня в списки эшелона». Им ничего не оставалось делать, как записать. Вслед за мной пошла и вся моя бригада, а затем и все люди из лагеря Рюге.
Весь мой эшелон состоял из 500 человек. Он весь прошел комиссию благополучно. Отказов от поездки на Родину не было. Всем были даны указания, к какому часу прибыть на вокзал в Осло. Вечером все прибыли на вокзал. Арестованных власовцев мы доставили на станцию раньше и посадили в товарный вагон под охраной автоматчиков. Это тоже нужно было сделать умело, чтобы не видели союзники.