Чёрный аист
- Автор: Кожедуб Александр Константинович
- Год: 2022
- Язык: русский
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Чёрный аист». Краткое содержание книги:
— Да, — порозовела Валентина. — Первый раз в Сочи. Сначала было страшно, теперь привыкла. Вы тоже привыкнете.
Спасибо, утешила.
Почти все дети под присмотром воспитателей ушли к водопаду. Кухонная бригада бренчала посудой.
Я поднялся с камня и, прихрамывая, подошел к самшитовому дереву, которое заметил еще вчера. Оно росло под наклоном к земле, будто преодолевая земное притяжение. Судя по толщине выбеленного солнцем и ветрами ствола, а также высоте метров в пять, оно было старым. Очень старым. Под ним я чувствовал себя человеком-невидимкой. Существовала какая-то связь между этим самшитовым лесом и мольфарами, которых я никогда не видел.
Отец мне рассказывал, что дед Александр, в честь которого я получил свое имя, лечил людей травами. Он знал, в какое время их собирать, как их высушивать, как варить отвар и в каких дозах давать. Откуда он это знал? Он что, тоже был мольфаром? Спросить об этом было некого. Дед умер во время войны, за семь лет до моего рождения.
Валера говорил, что мольфары делятся на целителей-травников и громовников. Последние считались самыми могущественными. Они повелевали громами, наводя на поля тучи или разгоняя их. У них были священные ножи, секрет которых знали только они. Что было у моего деда?
Готовясь стать фольклористом, я читал старинные научные труды, в том числе о жрецах. Верховный жрец кривичей Криво-Кривейто, живший в Кривом городе, нынешнем Вильнюсе, владел сакральным посохом из турьего рога. Вероятно, он тоже был мольфар, только у славян он назывался жрецом.
Здесь, в самшитовом лесу, тоже когда-то был свой мольфар, я в этом был уверен. И большой валун, на котором мы сидели с Володей, тоже вполне мог быть камнем из древнего капища. А капище одновременно было жертвенником…
— Сань, иди к нам пить чай! — донесся до меня голос поварешки Тани.
Я обнял ствол самшита, прижавшись к нему грудью, и несколько раз глубоко вздохнул. Дерево давало силы, в этом не было никаких сомнений.
8
Лагерная смена кончилась, и я снова был свободен как птица. Но следовало все же получить справку о том, что я прошел практику в пионерском лагере.
Директриса расписалась на бланке, поставила на нем печать и отдала мне.
— На следующую смену не останетесь? — спросила она.
— Нет, — сказал я.
— А матросом-спасателем?
— Николаем? — удивился я.
— Он же инструктор по туризму. Я и так еле уговорила его одну смену отработать. В горах платят больше.
— Понятно, — сказал я. — Но мне надо возвращаться в Минск.
На самом деле ни в какой Минск я не собирался. Саня, как и обещал, предоставил мне лоджию в своей квартире.
— В большой комнате живет Танька с подругой, — объяснил он.
— Какая Танька?
— Родственница из Москвы. Она каждое лето приезжает.
— Близкая родственница?
— Дальняя.
— Мы им не помешаем?
— Если не будем приставать — не помешаем, — засмеялся Саня.
— Не будем, — согласился я. — Денег, правда, мало.
— Тебе же зарплату дали.
— Всего сорок рублей.
— Да на эти деньги год можно прожить. Ты же теперь сочинец.
Как выяснилось, все сочинцы жили исключительно за счет курортников. В первый же день мы познакомились на пляже с армянином Лёвиком из Тбилиси, и он с удовольствием платил за нас во всех кафе и барах, куда мы заходили.
— Сдачи не надо! — говорил он, расплачиваясь.
— Здесь все не берут сдачи? — спросил я Саню.
— Только курортники из Тбилиси и Еревана, — хмыкнул Саня.
— Их, наверное, немного.
— Нам хватает.
У Лёвика деньги закончились через три дня.
— Идем на почта, — сказал он, изучив опустевший бумажник.
— Зачем? — поинтересовался Саня.
— Давать телеграмма.
— Кому?
— Для папик.
— Твоему отцу? — уточнил Саня.
— Конечно, моему! — рассердился Лёвик. — Пусть шестьсот рублей шлет!
— Может, хватит трехсот? — вмешался я.
— Семьсот! — затрясся от негодования Лёвик. — Я еще месяц отдыхать!
«Видимо, в семье Лёвика живут строго по плану, — подумал я. — Ему лучше знать, сколько надо денег».
Текст телеграммы на почте писал я.
— Могу ошибка делать, — признался Лёвик. — Пиши: пришли семьсот пятьдесят рублей. Очень надо.
Я подумал и нацарапал на бланке: «Дорогой папа, кончились деньги, вышли, пожалуйста, шестьсот рублей». Без запятых, конечно.
Лёвик взял бланк, прочитал написанное и яростно вычеркнул «дорогой», «кончились деньги» и «пожалуйста». Запрашиваемую сумму при этом он менять не стал.
— Я говорил — очень надо?! — спросил он, что-то добавив по-армянски.