«Священные войны» Византии [publisher: SelfPub]

С 3 по 7 августа 626 г. продолжался ожесточенный штурм, причем потери осаждавших были очень велики, а римлян – ничтожны. Несмотря на множество осадных орудий и безусловный численный перевес, авары так и не смогли продвинуться вперед. Хан выстроил 12 чрезвычайно укрепленных осадных башен, очень надеясь на то, что с их помощью сможет преодолеть городские стены, но матросы сожгли их, используя «воздушную брандеру» – лодку, спущенную на шесте со стены[693].

Наконец, на 7 августа хан назначил генеральный штурм, но уже с моря, направив для этих целей славян на их легких суденышках. Однако его план стал известен магистру Вону, командующему римскими войсками в Константинополе. Когда варварская флотилия двинулась к городу, навстречу им вышли римские суда, беспощадно громившие врага и сжигавшие их. Навстречу спасшимся в воде варварам вышел сильный армянский отряд, отправленный императором в столицу, без всякой пощады уничтожавший аваров. Спасшиеся славяне искали спасения в лагере аваров, но хан приказал без всякой жалости убивать всех беглецов. Как следствие, оскорбленные славяне самовольно покинули лагерь хана, серьезно ослабив его войско.

Вдохновленные успехом морской операции, защитники Константинополя открыли ворота и бесстрашно ринулись на врага, причем в их рядах было множество женщин и детей. Не имея возможности восстановить порядок в своем войске, хан отдал приказ сжечь осадные орудия, а сам приступил к переговорам с магистром Воном, надеясь выторговать условия мира. Конечно, его инициатива не встретила сочувствия у византийцев, командующий которых заявил, что ждет подхода брата царя Феодора с основными войсками. Это решило дело – хан отдал приказ срочно сворачивать лагерь и отступать.

Забавно, но персы, расположившиеся на другом берегу Босфора и видевшие огонь у Константинополя, посчитали, что авары взяли город. Когда до них дошла весть о масштабах поражения аваров, Шахрбараз немедленно увел свои войска в Сирию. В отличие от персов аварам пришлось испить горькую чашу поражения до дна. Отступление причинило им не меньшие страдания, чем неудачный штурм римской столицы. Среди них было множество раненых воинов, умиравших в дороге, свирепствовала какая-то эпидемия, и они несли громадные потери в людях[694].

А население Константинополя торжественно праздновало свою победу, искренне веря, что Пресвятая Богородица спасла их от неминуемой смерти. В Ее честь был составлен акафист «Взбранной воеводе», и отныне Церковь ежегодно отмечает праздник освобождения Константинополя в субботу пятой седмицы Великого Поста. Конечно, это предание и праздник родились не на пустом месте: многие рассказывали, ссылаясь на аварских пленных, что сам хан видел, как Женщина в белоснежных одеяниях ходила по крепостным стенам.