Новый Рим на Босфоре [publisher: SelfPub]

Рассказывая далее папе о своих мытарствах, Златоуст напрямую обвиняет Феофила в невыполнении царских приказов (!), во что легко верится, зная характер александрийца и состояние государственного управления в то время. Очевидно, Феофил и остальные клирики, недовольные святителем, заметно превысили полномочия, данные им императором. «Это было сделано без ведома благочестивейшего императора (выделено мной. – А. В.), под покровом ночи, по распоряжению, а во многих случаях и под предводительством епископов, которые не постыдились идти, имея впереди себя отрядных командиров вместо диаконов»[643].

То обстоятельство, что Александрийский епископ использовал мощь государственного аппарата и армии для высылки св. Иоанна, также легко объяснимо. На деньги, заблаговременно привезенные им из Египта, он легко подкупил командиров воинских соединений и сановников, которым эти части подчинялись. Александриец прекрасно понимал, что главное – сделать дело, а объясниться у императора ему помогут друзья из клира и придворные: царь не пошел бы на конфронтацию со своим ближайшим окружением.

Как только о высылке святителя стало известно, в городе наступили настоящие волнения. Сама императрица ночью видела страшное знамение и немедленно написала письмо Златоусту, в котором оправдывалась и доказывала свою непричастность к его осуждению. Она немедленно, не дожидаясь утра, бросилась к царю и убедила того принять решительные меры по восстановлению справедливости. Приказом императора Златоуст был возвращен, и огромная толпа горожан вскоре ликующе встречала его на берегах Босфора.

Златоуст был введен в храм, где выступил с очередной проповедью, в которой, между прочим, сказал в адрес Евдоксии такие слова: «Матерь церквей, питательница монахов, покровительница святых, опора бедных». Видимо, понимая, что народная молва, усиленно формируемая Феофилом в собственных целях, приписывает царице Евдоксии неправедный суд над ним, св. Иоанн отмечает ее невиновность и высокий нравственный облик: «Не из лести царице говорю это, но из уважения к ее благочестию»[644].

Желая полностью оправдаться в возводимых на него обвинениях, понимая, что Феофил все еще очень силен, Златоуст просил собрать новый Собор для изучения своего дела. Но царь воспротивился этому (видимо, опять же, не без советов «со стороны»), сославшись на явную фальсификацию предыдущего приговора[645].