Тени нашего прошлого. История семьи Милтон [litres][The Guest Book]
- Автор: Блейк Сара
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Синдбад
- ISBN: 978-5-00131-351-9
- Переводчик: Юрий Яковлевич Гольдберг
- Жанр: Историческая проза
Электронная книга - «Тени нашего прошлого. История семьи Милтон [litres][The Guest Book]». Краткое содержание книги:
1935 год. Китти и Огден Милтон на вершине счастья – они молоды, красивы, любят друг друга, у них прекрасные дети… Но идиллию разрушает трагедия – в результате нелепой случайности пятилетний сын выпадает из окна их квартиры на четырнадцатом этаже.
Пытаясь как-то отвлечь Китти, Огден покупает остров Крокетт-Айленд с большим красивым домом на нем. Здесь все дышит покоем и безмятежностью. Этот дом станет родовым гнездом Милтонов. В нем вырастут их дети, а затем и внуки…
В начале нынешнего века финансовое положение уже не позволяет третьему поколению семьи владеть островом и домом. Начинаются разговоры о продаже. Эви Милтон отправляется на остров, чтобы попрощаться с домом, в котором провела так много счастливых дней. Ее случайная находка приведет к крушению мифа о безукоризненных Милтонах, столпах американского общества.
Во время третьего танца Китти вышла наружу, за периметр света из окон. Она сделала несколько шагов в темноте и обернулась. В широких дверях амбара появлялись и исчезали кружащиеся пары. Мосс был в ударе, звуки пианино разлетались по огромному помещению, вибрировали между танцующими парами, опускались на волосы девушек и плечи мужчин. Этот вечер запомнят все; даже отсюда, из темноты, она видела, что этот вечер, искрящийся весельем, волнующий, выделяется на фоне обычных дней: Мы были здесь. Они с Огденом подарили всем этот праздник. Огден произнес замечательный тост. Сказал именно то, что требовалось. Китти подняла голову и посмотрела на темный купол неба, ожидая, когда изменится узор на нем. Мы теперь здесь, поправила она себя. Край неба прочертила падающая звезда.
Китти проследила, как яркая точка исчезает за крышей амбара, а затем ее взгляд упал на массивную фигуру мужчины; он стоял в дверях, не танцевал. Леонард Леви. Она знала, что это он, хотя не могла видеть его лицо. Он был самым большим. Больше и громче, чем кто-либо другой. Не просто высоким. Фенно Уэлд был высоким, но тонким, словно насекомое; его длинные ноги и слегка сутулые плечи делали его похожим на священника в сюртуке. Нет, этот мужчина был массивным, с широкой грудью и сильными ногами. Такого мужчину можно представить с топором в лесу, в шахте или с гаечным ключом под раковиной, но не на светской вечеринке. В любом случае не на этой вечеринке. Китти отвернулась, плотнее запахнула куртку и стала высматривать Огдена.
В проеме двери появились танцующие Пратты и Райнлендеры – они брались за руки, потом расцеплялись. Китти не думала о них. Она вообще не имела привычки размышлять о браке других людей, то есть о том, счастливый он или нет. Счастье – это для тех, кто довольствуется малым. Ее всегда привлекала идея, что жизнь может протянуться дальше, как пальцы на ладони, и схватить что-то важное. Именно этого хотел для нее Огден. Счастье – это действительно мелочь по сравнению с моментами спокойного удовлетворения – которое она остро ощутила только что, здесь, в темноте – от хорошо сделанного дела.
Они были такими красивыми, эти мальчики и девочки. Такими красивыми и не имеющими представления почему. Весь день она наблюдала. Весь день она смотрела на детей и их друзей – хотя они уже не дети, им за двадцать, а у нее самой в этом возрасте уже был Мосс, – и грустила. Они состарятся. Утратят свою красоту. Потому что красота, в сущности, и есть молодость. Эвелин повернула свое милое лицо к Дикки, и ее глаза светятся любовью. Глядя на Эвелин, невольно думаешь: вот она, надежда для всех нас. Именно поэтому такая красота присутствует в мире. Она заставляет поверить, хотя бы на мгновение, в нашу силу. В то, что все продолжится.
Но есть еще и Джоан, такая непохожая на всех. Китти бросила сигарету на землю и затоптала ее; найдя взглядом Джоан, она почувствовала беспокойство. Дочь стояла чуть в стороне от танцующих, совершенно неподвижно, и это был тревожный признак. Она не видела лица Джоан, только эту напряженную скованность и неподвижный, как камень, взгляд. Отсюда это казалось началом приступа. Кто-то еще видит, что девушка замерла, не обращая внимания на окружавшее ее веселье? Китти медленно двинулась к амбару, вынырнула из темноты и пошла к дочери, желая каким-то образом закрыть ее, сделать невидимой. Желая помочь ей незаметно уйти, чтобы не поставить себя в неловкое положение.
Лен Леви тоже видел. Китти остановилась на пороге амбара, охваченная дурными предчувствиями. Он опередит ее. Настойчивость, с которой он добивался ее дочери, должна была успокоить ее; он хочет Джоан, это было видно даже отсюда. Жизнь с ним будет означать, что Джоан навсегда останется «девушкой, которая вышла замуж за еврея». Это слишком тяжело. Но еще тяжелее будет перенести, подумала Китти, если еврей откажется от нее, когда узнает, что она… не совсем здорова. Китти переступила порог амбара и остановилась. Потому что на лице Джоан появилась чудесная, разрывающая сердце улыбка.
Осторожная улыбка. Лен замедлил шаг. Прекрасная, осторожная улыбка, яркая, как далекая звезда. Но это плохо. Это маска. И он попытался понять, что прячется под этой маской. Лен продолжал идти к ней, не отрывая взгляда от ее лица. Джоан по-прежнему улыбалась, и он вдруг понял, что улыбка предназначена не ему, а кому-то другому за его спиной; оглянувшись, он увидел миссис Милтон, стоящую на пороге амбара. Вот оно что – Джоан защищалась улыбкой от матери. Лен замер на месте.