Смерть по объявлению. Неприятности в клубе «Беллона»

— Ну так как насчет этого самого?.. — начал Уимзи.

— Насчет чего?.. — с профессиональной осторожностью отозвался доктор.

— Насчет ноги?

— Интересно, а кто-нибудь еще заметил неладное? — промолвил Пенберти.

— Сомневаюсь. Я, разумеется, заметил. Но, в конце концов, такого рода штуки — мое хобби. Возможно, не самое популярное — пусть препротивное, но все-таки мое, родное. По чести говоря, у меня просто-таки дар в отношении покойничков. Но я не был уверен, что все это значит, и видел, что привлекать внимание вы не хотите, вот и не стал лезть вперед.

— Да — я хотел сперва хорошенько все обдумать. Видите ли, на первый взгляд складывалось ощущение довольно-таки…

— Неприятное, — подсказал Уимзи. — Знали бы вы, сколько раз я уже слышал это слово за последние два дня! Ну что ж, посмотрим правде в глаза. Давайте с самого начала признаем, что, как только трупное окоченение разовьется, оно так и держится, пока не начнет разрешаться, а это происходит обычно сверху вниз, от жевательных мышц лица, а вовсе не начиная с коленного сустава. Так вот, у Фентимана челюсть и шея были точно деревянные — я сам пощупал. Но левая нога свободно болталась в колене. Как вы это объясняете?

— Я крайне озадачен. Как вы, вне сомнения, знаете, очевидно было бы предположить, что сустав вывернули, — кто-то или что-то, — уже после того, как наступило окоченение. В таком случае, разумеется, он не застынет снова. Останется болтаться до тех пор, пока все тело не обмякнет. Но вот как это произошло…

— О том и речь. Мертвецы обычно не разгуливают по клубу, защемляя ноги и выворачивая суставы. И, уж разумеется, если бы тело нашли в таком положении, об этом бы точно упомянули. Вот вы можете себе представить, чтобы, к примеру, один из наших ребятишек-официантов обнаружив в лучшем из кресел престарелого джентльмена, недвижного, точно деревянная кукла, удовольствия ради подергал бы его за ногу и бросил как есть?

— В голову мне приходит только одно, — отозвался Пенберти. — Может быть, официант или кто-то еще нашел труп, попытался его сдвинуть — а затем запаниковал и сбежал, никому ни слова не сказав. Звучит нелепо. Но люди, случается, совершают редкие глупости, особенно когда напуганы.

— Но чего тут бояться?

— Для человека с расшатанными нервами вполне довольно. У нас тут есть один-два контуженых, за которых в экстремальной ситуации я не поручусь. Возможно, стоило бы проверить, не демонстрировал ли кто из них особых признаков возбуждения или шока.

— Недурная идея, — протянул Уимзи. — Предположим — да, предположим, к примеру, что некто, так или иначе связанный с генералом, страдает нервным расстройством… и, предположим, что он вдруг наталкивается на окоченевший труп. Думаете, такой человек, вероятно, мог бы потерять голову?