Смерть по объявлению. Неприятности в клубе «Беллона»

Майор провел гостя в тесную, аскетически обставленную гостиную.

— Я подумал, что водворюсь сюда на время, пока не разберусь со стариковскими пожитками. Веселенькая предстоит работенка, учитывая всю эту суматоху вокруг завещания. Однако душеприказчик — я, так что не отвертишься. Очень любезно было с вашей стороны прийти нам на помощь. Вот уж старушка со странностями, эта наша двоюродная бабуля Дормер! Хотела как лучше — и чертовски усложнила жизнь всем и каждому! Кстати, как дело продвигается?

Уимзи признался, что расследование в клубе «Беллона» ничего не дало.

— Я вот подумал, а не начать ли с этого конца, — продолжал его светлость. — Если бы мы знали доподлинно, в котором часу генерал вышел из дома, мы бы лучше представляли себе, во сколько он прибыл в клуб.

Фентиман тихонько присвистнул.

— Но, дорогой мой чудак-человек, разве Мерблз не рассказал вам, в чем состоит загвоздка?

— Мерблз ни словом не обмолвился. Предоставил мне самому докапываться до сути. Так в чем же состоит загвоздка?

— Послушайте, дело вот в чем: накануне смерти старик вообще не ночевал дома!

— Не ночевал дома? Так где же он был?

— Понятия не имею. Вот вам и головоломка. Знаем мы только одно… минуточку, это история Вудворда; пусть лучше он сам вам расскажет. Вудворд!

— Да, сэр.

— Расскажите лорду Питеру Уимзи все то же, что и мне — касательно того телефонного звонка, помните?

— Да, сэр. Около девяти часов…

— Минуточку, — остановил его Уимзи. — Я всегда предпочитаю, чтобы история начиналась с начала. Так давайте вернемся к утру — к утру десятого ноября. Генерал хорошо себя чувствовал? Был здоров и бодр, как всегда?

— В точности так, милорд. Генерал Фентиман обычно вставал рано, милорд, поскольку спал чутко, что в его преклонные годы только естественно. Я подал ему завтрак в постель без четверти восемь: чай, гренок с маслом и яйцо всмятку — его обычное меню изо дня в день. Затем он встал, я помог ему одеться… и времени было что-то между половиной девятого и девятью, милорд. Генерал Фентиман слегка отдохнул — процесс одевания старика изрядно утомлял, — а без пятнадцати десять я принес его цилиндр, пальто, кашне и трость, и хозяин отправился в клуб. Таков был его обычный дневной распорядок. Он пребывал в прекрасном расположении духа — и на здоровье не жаловался. Разумеется, милорд, сердце у него всегда было слабое, но чувствовал он себя в точности как обычно.