Прощание с Византией [publisher: SelfPub]

Более того, как вскоре выяснится, даже фаворит «старшего» императора Феодор Метохит, известный меценат и создатель великолепного монастыря Хора, мозаика которого сохранилась до наших дней, внутри души был на стороне внука, а не деда. А ведь Феодор Метохит, хранитель государственной казны, слыл самым могущественным вельможей, без совета с которым император не решал ни одного вопроса. Некогда, желая укрепить позиции своего избранника, царь женил своего племянника паниперсеваста Иоанна, сына Константина Палеолога, на дочери Метохита. Племянник воспринял весь объем любви, который василевс должен был высказать в адрес своего младшего брата. Иоанну даже разрешили носить сандалии и одежды желтого цвета, чтобы он отличался ото всех чиновников. Измена Метохита явственно показывала, что позиции Андроника Старшего стали весьма шаткими.

А заговор начинал набирать обороты. Под различными предлогами заговорщики приобрели для себя области во Фракии и получали назначения в качестве наместников царя. Затем они стянули в заранее оговоренные точки сбора войска и сформировали новые наемные дружины, прикрываясь слухами о возможном нападении татар и турок. За свою распорядительность и усердие сановники даже удостоились похвалы императора. Однако хитрость заговорщиков едва не разбилась о легкомыслие царственного внука.

Встревоженный ползущими слухами, которые нетнет, но просачивались в Константинолполь, Андроник II Старший решил публично обвинить Андроника Младшего в заговоре перед Синодом и сенатом. В его планы входило арестовать внука прямо в зале заседаний и отправить в темницу. В шестую неделю Великого Поста 1321 г. василевс вызвал патриарха Герасима и архиереев, но Андроник III, предупрежденный Сиргианном, явился в залу вместе с несколькими товарищами, имевшими под плащами мечи. В свою очередь они решили, что если дело дойдет до прямого обвинения и ареста, то набросятся и убьют царя, а Андроника Младшего объявят императором. Очевидно, у заговорщиков не было ни тени сомнения в том, что высшие круги Византии поддержат внука, – аристократы почти открыто высказывали сочувствие в его адрес.

Царственный дед почувствовал опасность, а потому на заседании совета ограничился мягкими увещаниями и укорами в адрес младшего Палеолога, которого даже посадил у своих колен. В конце они дали друг другу клятвы: император пообещал, что никого, кроме внука, не оставит наследником царского престола, а Андроник III Младший дал обещание, что не станет злоумышлять против деда. Когда царевич вышел из дворца, встревоженные сообщники, узнавшие о результатах переговоров, потребовали, чтобы клятвы о неприкосновенности были даны императором и в отношении них самих. Внук направился к Феодору Метохиту, но тот отговорил его, недвусмысленно намекнув, что только благодаря его личной просьбе василевс не арестовал внука. «Разве можно в этих условиях еще просить о сообщниках? Да и потом, – продолжил сановник, – подумай сам: будут ли твои товарищи соблюдать слова клятвы, если не увидят над собой никакой опасности? Они тут же предадут тебя!» На том они и согласились[659].