Прощание с Византией [publisher: SelfPub]

Супруга не переставала донимать его и довела императора до такого состояния, что, как он признался близким друзьям, само брачное ложе стало ему ненавистным. Тогда царица Ирина удалилась в Фессалоники, бесстыдно рассказывая всем прохожим о тайнах их супружеской жизни, – такого не позволяли себе в Византии даже распутницы! Как сказал летописец, описывая характер императрицы, «когда женщина ненавидит, она говорит, что ее ненавидят. Когда любит, говорит, что ее любят. Когда крадет, говорит, что ее обкрадывают. Говорит, что ее заискивают, хотя она сама по скромности гнушается искательством. Между тем не стесняется наряжаться, выставлять свои прелести и, вероломно откровенничая, мешает небо с землей»[650].

Узнав о похождениях своей супруги, царь, как человек кроткий, откровенно испугался. Он не мог себе даже представить, что его супруга с таким упорством начнет убивать престиж царской власти, но еще более он опасался того, что Ирина обратится за помощью к Сербскому королю, женатому на их дочере Симониде. Василевс попытался образумить жену, но Ирине уже было не до мужа. Она обратилась к правителю Афин, брату царя Эпира, Иоанну Дуке Ангелу Комнину, с предложением выдать его дочь за своего сына Феодора, а затем начать совместную войну против Андроника II Палеолога (!) и отвоевать их детям Фессалию в качестве самостоятельного надела.

Желая привлечь силы итальянцев, Ирина направила Феодора в Лангобардию с крупными суммами денег, но у того неожиданно возникли собственные дела. В Пьемонте Феодор без разрешения родителей женился на местной девушке, сбрил бороду на латинский манер и принял Римокатолическую веру, переняв местные обряды и одежду. Ему совершенно не хотелось возвращаться в Константинополь, где он бывал лишь краткими наездами. В конце концов ей самой и Андронику II Палеологу стало ясно, что ни при каких обстоятельствах Феодор не может стать Византийским императором – греки ни за что не приняли бы на царском престоле «латинянина». В конце концов в 1306 г. он удовлетворился титулом маркграфа Монферрата, где и прожил до самой своей смерти, наступившей в 1338 г.[651]

История супружества Симониды только пополнила перечень неудач царицы Ирины. В связи с детским возрастом невесты изначально была достигнута договоренность, что Симонида до совершеннолетия останется проживать при матери. Но ненасытный женолюбец Сербский король Стефан II поспешил вскоре востребовать жену и вступил с ней в половые отношения. Уже после первой брачной ночи она, как выяснилось, утратила способность иметь детей. Надежда Ирины на то, что ее прямой потомок станет царем или королем, опять не оправдалась.

Однако Ирина простила зятя – для нее было главным, чтобы Симонида оставалась Сербской королевой. Продолжая плести интриги, царица совершенно расстроила государственную казну, переводя множество средств в Сербию своей дочерикоролеве и в Италию сыну Феодору. Как говорили, на эти суммы можно было построить не одну сотню боевых кораблей[652].