Церковь и политический идеал

Обоснование достоинства человеческой личности – главного фактора истории – возможно лишь со стороны духовной сферы бытия, признания, что духовное равенство не может быть выведено из равенства социального, что эти начала являют собой не плод того или иного поколения, а существуют изначально, как данные Богом. Отрицая эту основу, заменяя духовное равенство равенством социальным, светская правовая культура никак не может выйти из «квадратуры круга», который же и породила в своем стремлении обосновать антропологический, а не Божественный характер нравственного идеала. Это приводит к таким утверждениям, согласно которым история вообще не имеет смысла, но именно человек придает ей смысл и потенцию развития[465].

Но, во-первых, совершенно очевидно, что и в этом случае наделение истории какимто смыслом возможно лишь при условии ее прогресса, что возвращает нас в исходное состояние разрешаемой проблемы. Во-вторых, это предположение еще в большей степени подчеркивает условность как «сегодняшней» человеческой личности, так и всех нравственных начал, формируемых ею.

По этим причинам индустриальное общество социального идеала всегда утопично в том смысле, что оно стремится «работать» не с тем человеком, который есть сегодня, а с тем человеком, который должен быть. Предлагаемые правовые и политические институты не укладываются в сегодняшнюю человеческую массу и могут быть реализованы только при появлении «нового человека». Интересно отметить, что в этом случае западная культура должна принять на себя тот упрек, который она делала христианству, говоря о его «утопичности». Отметим также, что стремление к универсализму и формированию смысла истории приводит не к объединению, а разделению единого человеческого общества на тех, кто принимает «универсальные начала, и тех, кто их не принимает».

Более того, внутри светской культуры идет постоянный и непрекращающийся спор об обладателях «истинной» культуры, «истинного» знания, что не придает индустриализму должной устойчивости и позволяет охарактеризовать его как антиличностное учение.

Как же воспитать этого человека, если все мысли его заняты исключительно социальным идеалом и решением проблемы его достижения? Волейневолей индустриальная культура вынуждена пойти на то, чтобы выделить из своей среды «общество избранных», отличительной особенностью которого является возможность подняться над социальным идеалом, основать свою жизнь на неких моральных ценностях, которые тем не менее не могут быть сведены к христианским началам. Особенно это заметно на примере «органа культуры» Э. Фромма и «сообщества ученых» Д. Белла, которые должны организовать и направить деятельность всего остального общества (так и хочется сказать – человеческого стада).