Крым 1917–1920. Революция и Гражданская война [litres]

В рядах руководителей добровольческой армии начался развал. Один из популярных в буржуазных и казачьих кругах генерал, барон Врангель, в начале февраля обратился с письмом к Деникину. Он, указывая на целый ряд стратегических ошибок штаба, писал:

«Еще в то время, когда Донцы победоносно двигались к сердцу России и слух ваш уже улавливал перезвон московских колоколов, в сердцах многих из ваших помощников закрадывалась тревога. Армия, воспитанная на произволе, грабежах и пьянстве, ведомая начальниками, примером своим развращающими войска, такая армия не могла создать Россию… Не имея организационного тыла, не подготовив в Крыму ни одной укрепленной полосы, ни одного узла сопротивления и отходя по местности, где население научилось ее ненавидеть, доброармия… стала безудержно катиться назад. По мере того как развивался успех противника и обнаруживалась несостоятельность вашей стратегии и вашей политики, общество стало прозревать… Отравленный ядом честолюбия, вкусивший власть, окруженный бесчисленными лжецами, вы уже думали не о спасении отечества, а лишь о сохранении власти. Ваше обаяние и власть выскальзывали из ваших рук. Цепляясь за нее в полнейшем ослеплении, вы стали искать крамолу и мятеж».

Врангель, о котором еще в ноябре газеты писали как о предполагаемом главкоме при сохранении верховной власти у Деникина, был уволен от занимаемых им должностей.

В феврале, после того как Врангель приехал в Крым «на покой», местная буржуазия и бывшие сановники обратились с письмом к Деникину, в котором просили назначить Врангеля главным начальником Крыма. В письме Врангеля, его рапортах, а затем в обращении крымских деятелей Деникин увидел попытку к его свержению и изменению западноевропейской ориентации. Врангелю было предложено покинуть Россию. Он подчинился и выехал в Турцию.

Непорядки тыла, его разложение, начавшееся в дни поспешного отступления, а затем и своеобразное желание бороться за оздоровление тыла нашли выражение в выступлении группы офицеров под командой капитана Орлова в Симферополе. Орлов, сформировавши отряд из молодых офицеров, вместо отправления на фронт с отрядом арестовал начальника гарнизона и объявил себя властью, подчиняющейся только Слащеву и приехавшему к этому времени в Крым Врангелю. Свое выступление Орлов оправдывал желанием избавить армию от беспорядков в тылу и заменить неугодных офицерству начальников.

Слащев потребовал от Орлова немедленного выезда на фронт. Врангель рекомендовал ему «подчиниться начальникам». Получив отказ, Слащев направил в Симферополь военную часть с приказанием взять Орлова. Но взять не удалось. Орлов ушел из Симферополя и направился в Ялту. Офицерский взвод, высланный ялтинским начальником гарнизона против орловцев, в бой не вступил, и Орлов беспрепятственно занял Ялту. Чувствуя, однако, что ему не удержаться в Ялте, он согласился выступить на фронт. Слащев расстрелял орловцев при приближении к Джанкою, остатки их небольшой группой бежали в горы. Авантюра не удалась, но она вскрыла с очевидностью для всякого, что развал зашел очень далеко.