На восток [litres]

Капитан второго ранга Паттон-Фантон-де-Веррайон, еще когда стало ясно, что из залива Петра Великого выйдут уже затемно, приказал расчетам на всякий случай дежурить по боевому. К пушкам подали боезапас, и старший вахтенный офицер, сменяемый старшим артиллеристом, не давал комендорам расслабиться. Это в итоге и спасло «Урал» и всех, кто на нем находился.

Первой начала отвечать «максимка» с кормового мостика. Видимо удачно. Хотя никаких признаков попаданий ее «дубовыми» снарядами и не видели, но прожектор на головном миноносце сразу ушел куда-то в сторону и вверх, хотя и не погас. Зато на шедшем следом корабле его сразу вырубили. Теперь комендоров не слепило ярким электрическим светом, и они тут же смогли этим воспользоваться.

Поскольку в бестолково уткнувшийся в небо прожектор целиться было удобно, а дистанция не превышала двух с половиной кабельтовых, несший его истребитель получил попадание уже в первом залпе. Затем бортовые и обе носовые стодвадцатки стреляли еще и еще, продолжая накрывать свою цель, освещавшуюся теперь дополнительно пожаром разбитых боеприпасов в средней части корпуса.

Взрывавшиеся малокалиберные снаряды разлетались фейерверками, подсветив еще и шедший вторым в колонне четырехтрубный истребитель, также попавший под раздачу. Головной к этому времени уже сильно парил и сбавлял ход, поэтому спешивший следом обходил его слева, оказавшись как раз между пожаром и «Уралом».

Были ли попадания во вторую цель, сказать точно никто не мог. Всплески вставали все время рядом. Многие даже утверждали, что он тоже выбросил пар, прежде чем совсем пропал из вида за кормой. Так или иначе, но пыл преследователям эта перестрелка сбила сразу. Погоня прекратилась, едва начавшись.

Как только противник скрылся, стрельбу задробили. Попытались отправить сообщение о нападении и получить дальнейшие инструкции, но связи по радио с базой уже не было из-за помех. Не отзывалась и совсем близкая станция в заливе Стрелок. Зато откликнулся ольгинский гарнизон. Но только успели обменяться позывными и обрадоваться, что в северо-восточном направлении японцев пока еще нет, его тоже «закрыло» работой чужой станции. Пытались вызывать еще и еще, но результат был тот же.

Немного погодя подала голос другая далекая станция русского типа. Сквозь фон помех понять удалось не много, но гальванер, работавший на ключе, божился, что это точно «Сляби-Арко», а значит наши. После разобрали и позывной «Днепра». Через него удалось связаться со штабом Небогатова в Хокодате. «Урал» все это время продолжал нестись на восток-юго-восток, удаляясь от берега. Фон помех слабел, и переговоры в восточном направлении вести стало легче.

Оказалось, что от пролива Цугару почти с самого начала принимали депеши «Урала», но из-за частых посторонних разрядов – только кусками. Поэтому долго не могли понять их смысла и чем они вызваны. С улучшением условий для прохождения радиоволн Паттон-Фантон-де-Веррайон доложил Небогатову о бое у острова Аскольд с четырьмя истребителями и об атаке неустановленных кораблей на проводившую его тральную партию. Также высказал свое мнение, что в такой ситуации путь к Хоккайдо мог быть уже перекрыт. Но и о возвращении во Владивосток не стоило даже и думать. Отсюда возникал вопрос: где можно срочно укрыть ценный корабль с не менее ценным грузом на борту?