Давид Юм. «Естественная история религии».
У мудрецов Древней Греции было такое публичное развлечение: один и тот же оратор произносил одну за другой две вполне аргументированные и страстные речи, первая из которых была в защиту некоторой позиции, а вторая — против нее. В этом трюке имелся великий смысл: демонстрировалась сложность ситуации с истиной.
Таким образом, уже древние греки понимали, что полезные и вредные стороны большинства сущностей — относительные, изменчивые, неопределенные, совместимые одна с другой.
Поясним это:
1. Относительность: некоторая сущность может быть вредной для субъекта А и полезной для субъекта В — но с точки зрения наблюдателя P, а с точки зрения наблюдателя Q эта сущность, наоборот, полезна для А и вредна для В.
2. Изменчивость: одна и та же сущность может быть полезной для субъекта А до обеда и вредной после.
3. Неопределенность: сущности Х и Y вредны для субъекта А, но трудно указать, какая из них вреднее, если можно между ними выбирать.
4. Совместимость: одна сторона некоторой сущности может быть полезной для субъекта, а другая сторона — вредной, и трудно определить, какая из этих сторон перевешивает.
Описанный выше подход к понятиям «хорошо» и «плохо» не свойственен простым интеллектам. Им иногда объясняют, что истина — где-то посередине между плюсом и минусом, но такая модель не намного точнее черно-белой.
Истина — не посередине. Ее вообще там нет. Для выражения истины нужны модели более высокого порядка сложности. Выбор определяется тем, какое представление выгоднее в текущий момент поднести кому-то в качестве «правды».
Оправдание можно найти для любой мерзости. И наоборот, можно безошибочно плюнуть в любого святого. Одно и то же явление в одной и той же ситуации можно, ничуть не поступаясь с истиной, представить в различных пропорциях черного и белого:
превознести;
щедро похвалить, но не превращать в канон;
похвалить, но указать недостатки;
поговорить про достоинства и недостатки, но уклониться от суммирующей оценки;
поругать, но упомянуть и достоинства;
сильно поругать, но допустить возможность исправления;
разнести вдребезги абсолютно и категорично.
Самые светлые и выстраданные истины могут со временем или при некоторых условиях оказываться не вполне соответствующими действительности или вовсе вредными заблуждениями.
К примеру, тот же либерализм, ставший догмой, может в некоторых ситуациях быть вредным: общество способно дойти до такого состояния разброда, что спасти его от распада сможет только жестокая диктатура. Поэтому принципиальные «народолюбцы» могут быть для общества опаснее бандитов. И если вы сегодня либерал, завтра за диктатуру, а послезавтра еще за что-нибудь, то это, может быть, не беспринципность, а принципиальность более высокого порядка.
При выборе частных истин для представления их в качестве всей истины обычно исходят из текущих потребностей. Нельзя даже утверждать, что в каждый период времени существует для некоторой социальной проблемы единственное оптимальное решение. Может быть несколько существенно различающихся вариантов, эффективность которых крайне трудно сравнить из-за высокой сложности задачи. К тому же бывает лучше последовательно держаться одного не самого лучшего варианта, чем метаться между разными возможностями.
