Прощание с Византией [publisher: SelfPub]

Усилению внешнего влияния Стефана II Уроша препятствовали мощные атаки боснийцев, только что сумевших выбраться изпод венгерского владычества и начавших свои наступательные операции в Далмации. Была создана новая славянская держава, религиозный фанатизм которой, однако, грозил новыми осложнениями на Балканах. Но это означало и то, что усилия Византии получить обратно некоторые земли, занятые, в частности, болгарами, далеко не иллюзорны. В целом общеевропейский фон при некоторых ошибках Византийского правительства был довольно благоприятен для Империи[624].

Сложнее обстояло дело на Востоке. К этому времени Малая Азия была уже совершенно отуречена, за исключением отдельных небольших прибрежных территорий, все еще принадлежавших Византии. Начиная с XIII века многие туркменские племена, сорванные ветром перемен, рожденным нашествием Чингизхана, ушли с мест обычных стоянок через Хорасан и Персию в Армению и Малую Азию. Румсельджуки Иконийского султаната некоторое время сдерживали поток своих соотечественников, расселяя их в свободных местах. Однако вскоре оказались бессильными выполнять эту задачу. Отныне полные природной свежести и жажды добычи, они стали настоящей угрозой Византии. Этим и объясняется тот невероятный феномен, что при упадке сельджукской династии Иконийского султаната, полностью подконтрольной татарам Хулагу, турецкий элемент вновь стал господствующим[625].

Среди пришлых племен особенно выделялись туркиосманы. Все, как обычно, началось с небольшого события. Когда татары потеснили одну из турецких орд из племени огузов, та попала на территорию Иконийского султаната, получила разрешение остаться и занялась скотоводством. В конце XIII века во главе этих турок стал замечательный вождь Осман (1281—1326), основавший династию Османов или Оттоманов и давший свое имя соотечественникам. Османы настолько широко распространили свое влияние, что вскоре из всех малоазиатских владений Византии остались Никея, Никомидия и Брусса, и было ясно, что напор турок будет с годами только усиливаться[626].

Как полагают, Осман родился в 1258 г. в Сегюте – маленьком горном районе, очень удобном для кочевников. Там было много пастбищ, но, что еще важнее, рядом располагались богатые византийские области, за счет грабежа которых османы быстро обогатились и получили возможность привлекать в свои ряды других турок. Его отцом являлся Эртогрул (1227—1281), глава тюркского племени кайи, а мать – турецкая наложница Хайма. Как писалось ранее, они считали себя родичами Византийских императоров династии Комнинов. Перебравшись в Иконийский султанат, Эртогрул получил от султана КейКубады I (1220—1237) земли возле Анкары. После смерти Эртогрула его преемником стал Осман, которому тогда исполнилось всего 24 года.

Как говорят легенды, в один из дней молодой султан Осман заглянул в гости к некоему праведнику Эдебали и заночевал у того в доме. Там ему привиделся сон: будто из груди хозяина дома взошла Луна и опустилась на его собственную грудь, затем из его пупка выросло дерево и покрыло своей тенью весь мир. Под этой чудесной тенью были горы, а от их подножия текли многоводные реки, ставшие источником орошения садов и наполнявшие собой большие каналы. Встав с ложа, Осман пересказал свой сон Эдебали, на что старик сказал: «Поздравляю тебя, Осман, сын мой! Ведь Бог даровал тебе и твоим потомкам верховную власть, а дочь твоя станет твоей женой»[627].