Страсти и скорби Жозефины Богарне
- Автор: Галланд Сандра
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: Аркадия
- ISBN: 978-5-906986-54-2
- Переводчик: Александр Авербух
- Жанр: Историческая проза
Электронная книга - «Страсти и скорби Жозефины Богарне». Краткое содержание книги:
Я узнала младшего брата Бонапарта, Луи, — он прибыл верхом в сопровождении адъютантов. Но где же сам Бонапарт? В животе у меня стало нехорошо. Нельзя, чтобы меня затошнило. Только не сейчас!
Вдруг карета остановилась.
— Приехали, — сказал Жозеф, по обыкновению хихикнув.
— Ну наконец-то! — обрадовался Жюно, щелкая костяшками пальцев.
Лакей в сиреневой ливрее открыл дверцы кареты. Ветер тут же задул в нее целую волну пыли. Я изо всех сил старалась не обращать на это внимания, только моргала и улыбалась, ибо передо мной уже стоял мой муж, Наполеон Бонапарт.
Он сильно загорел на здешнем солнце. За ним замерла шеренга солдат, далее — приветствующая толпа. Бонапарт держался величественно.
— Добро пожаловать, — сказал он без тени улыбки. — Что вас так задержало? — рявкнул он на Жюно и отступил на шаг, чтобы лакей мог опустить ступеньку кареты.
— Да здравствует свобода! — надрывался какой-то человек. Поддавшись общему настроению, Фортюне в своей дорожной корзинке принялся скулить, просясь наружу.
— Ваша жена была нездорова, — покаянно сообщил Жозеф брату, зажав кисти рук между коленями. — Приходилось делать остановки.
Бонапарт хмуро смотрел на меня. Лакей никак не мог опустить ступеньку. Все происходящее казалось мне каким-то сном. Стоявший передо мной человек казался незнакомцем — мой муж, Освободитель Италии.
— Давайте помогу, — сказал капитан Шарль лакею, ибо ступеньку снова заклинило. — Я в последние недели много раз справлялся с этой задвижкой, — продолжал он, сознавая, что ведет себя самонадеянно, — и потому знаю ее сокровенные пороки.
Бонапарт внимательно посмотрел на капитана.
— Вы, должно быть, Шарль? Адъютант?
— Генерал Бонапарт! — отсалютовал тот.
— Да здравствует Франция! — крикнул стоявший рядом ребенок.
— Тогда побыстрее, капитан. Я желаю обнять жену.
Лакей отступил от кареты. Капитан Шарль прижал левую сторону ступеньки, и она с лязгом опустилась. Бонапарт взял меня за руку.
— Осторожно! — сказал он, словно (я с горечью поняла это) я была беременна. Я ступила на пыльную дорогу. Наполеон взял меня за подбородок: — Я изголодался по вам.
Я улыбнулась и ничего не сказала. Меня подавляли пыль, яркое солнце, толпа, взгляд Бонапарта.
— Бонапарт, я…
Он обхватил меня за шею так, что большой палец упирался мне в затылок, и поцеловал — беззастенчиво, не сдерживаясь, как будто мы, мужчина и женщина, муж и жена, были единственными людьми на земле. Мгновение я сопротивлялась, слыша рев толпы. Потом уступила.
У меня съехала шляпа. Я схватила ее, потом сделала шаг назад, прижимая руку Бонапарта к своему сердцу. Сейчас я по-прежнему слышала приветственный гул толпы, но уже как будто откуда-то издалека. Бонапарт внимательно смотрел на меня, глаза его поблескивали.
— Мы ехали так быстро, как только могли, — заверила я его, но мой голос заглушили заигравшие трубы. — У меня немного кружится голова…
Все вокруг стало терять краски. Толпа, казалось, мерцает в знойном мареве. Я взяла Бонапарта за руку. Подъехал отставший хвост нашего каравана: наемный фиакр, который, казалось, вот-вот развалится, карета со слугами и багажный фургон.
Человек в лохмотьях в желтую полоску прорвался сквозь строй солдат.
— Да здравствует Наполеон! — кричал он, пока его оттаскивали обратно. — Да здравствует свобода!
Бонапарт повел меня к карете, запряженной четверкой серых лошадей. Позванивали их латунные колокольчики. Красивая карета была украшена красными, белыми и синими лентами, походя на праздничный торт.
— Это чтобы прикрыть австрийские королевские эмблемы, — пояснил Бонапарт, приподнимая бант, чтобы я увидела, что под ним.
— А остальные с нами не поедут? — спросила я, когда он подсаживал меня в карету. Внутри она была отделана бледно-кремовой парчой. Я нерешительно опустилась на сиденье; периодическое недомогание стало непредсказуемым. Я уже не знала, чего ожидать от своего организма — и когда. — А как же ваш брат? — И Жюно…
— Этот прием — в вашу честь, — сказал Бонапарт, усаживаясь рядом, и взял меня за руку. Он явно намеревался снова поцеловать меня.
Я раскрыла веер и стала обмахиваться, прислонив голову к стенке кареты. Жара стояла невыносимая.