Россия на Дунае. Империя, элиты и политика реформ в Молдавии и Валахии, 1812—1834
- Автор: Таки Виктор
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: НЛО
- ISBN: 9785444814796
- Переводчик: Виктор Таки
- Жанр: История
Электронная книга - «Россия на Дунае. Империя, элиты и политика реформ в Молдавии и Валахии, 1812—1834». Краткое содержание книги:
Следствие и суд над заговорщиками выявили пределы репрессивной политики. Отсутствие господаря в столице в момент раскрытия заговора позволило его участникам уничтожить значительную часть инкриминирующих материалов, что сделало невозможным доказать участие крупных бояр, если таковое имело место[1157]. Поскольку Органические регламенты не содержали положения о наказании за преступления против государства, российский генеральный консул рекомендовал господарю судить заговорщиков на основании статей о грабеже[1158]. Хотя большинство заговорщиков были низкого происхождения, их лидер, Димитрие Филипеску, принадлежал к одной из древнейших и влиятельнейших боярских семей. Дядя Димитрие, Иордаке Филипеску, занимал пост Великого бана Малой Валахии на момент раскрытия заговора, что объясняло очевидную щекотливость задачи, стоящей перед Верховным судом Министерства юстиции во время суда над заговорщиками[1159].
И на этот раз в заговор с целью смены режима оказались вовлечены иностранные подданные, которые воспользовались защитой своих консулов, чтобы избежать наказания. Речь идет об австрийском подданном Штефане Мургу и французе Жане-Александре Вайане. Последний был профессором словесности и корреспондентом французского еженедельника «Ле Насьональ», который незадолго перед тем использовал материалы Колсона в своих выпадах против российского протектората над княжествами[1160]. Деятельность Вайана распространялась и на Молдавию, где он был главным вдохновителем тайного масонского Общества святого Иоанна Крестителя, в которое входили некоторые школьные учителя и священники[1161]. Хотя устав общества предписывал его членам «бороться с тиранией и аристократией», расследование, предпринятое молдавскими властями, не нашло свидетельств конкретной противоправительственной деятельности[1162]. Российский консул Карл фон Коцебу полагал, что эти тираноборческие замыслы заслуживали примерного наказания, и осудил господаря Стурдзу за то, что тот сокрыл от общественности истинные намерения заговорщиков.
Вообще же сообщения российских консулов свидетельствуют о том, что господари составляли практически столь же серьезную проблему для российской гегемонии в княжествах, что и боярская оппозиция в собраниях или антиправительственные заговоры. Реальные или мнимые злоупотребления Гики и Стурдзы делегитимизировали политический режим, введенный Россией в княжествах для того, чтобы консолидировать в них свое влияние. Несмотря на то что российские консулы признавали неэффективность и коррумпированность правления господарей, они, тем не менее, были вынуждены в конечном счете оказывать поддержку правителям, которых Россия возвела на престолы в 1834 году. Решение не проводить выборов в 1834 году в соответствии с Органическими регламентами и назначить господарей не добавило России популярности среди бояр, в то время как неограниченный срок правления господарей предоставил последним большую свободу действий, чем была у их предшественников. Ни Гика, ни Стурдза не были простыми инструментами политики «санитарного кордона», который, по замыслу Киселева, должен был остановить распространение революционных идей. Хотя господари порой проявляли жестокость по отношению к своим политическим противникам среди молдавских и валашских бояр, они не желали применять репрессивные меры по отношению к тем подданным других держав, которые, по данным российских консулов, были вдохновителями оппозиционных настроений и антиправительственных заговоров[1163].
К началу 1840‐х годов поддержка господарей завоевала России сильное недоверие среди молдавских и валашских элит. Существование оппозиционных движений и заговоров давало и Александру Гике, и Михаю Стурдзе возможность расширять свою личную власть. На практике их стратегия сводилась к требованию более широких полномочий, которые они оправдывали необходимостью борьбы с подрывными тенденциями. В то же время оба господаря время от времени тайно заигрывали с оппозиционными боярами в собственном княжестве или в соседнем, желая увеличить свое влияние. Так, например, Стурдза поддерживал связи со сторонниками Кымпиняну, с помощью которых он намеревался свергнуть Александру Гику и стать господарем обоих княжеств[1164]. Молдавский господарь выказал крайнее нежелание давать отчет о своих связях с валашской оппозицией, когда российский генеральный консул призвал его к ответу[1165].
1157
Concluzie din raportul către domn al comisiei de anchetă. 10 декабря 1840 г. // 1848 la Români / Ed. Bodea. Vol. 1. P. 161.
1158
Дашков – Нессельроде. 14 ноября 1840 г. // Moldova și Țara Românească în timpul domniilor regulamentare / Eds. I. Varta, T. Varta. P. 295.
1159
Дашков – Нессельроде. 11 июня 1841 г. // Ibid. P. 347–348. Поскольку Димитрие Филипеску упорно отрицал свою виновность, четыре члена суда выступили за смягчение приговора, по которому Филипеску приговаривался к восьмилетнему заключению в одном из монастырей, а менее родовитые участники заговора – к каторге: Министерство юстиции – Александру Гике. 13 мая 1841 г. // Ibid. P. 334–341. Тем не менее господарь утвердил приговор: Ibid. P. 341–342.
1160
Дашков – Нессельроде. 31 октября 1840 г. // Ibid. P. 288.
1161
Traduction d’ un rapport adressé à l’Hospodar de Moldavie par le Conseil Administratif. 9 июня 1841 г. // Ibid. P. 345–346.
1162
См. текст клятвы тайного общества: Ibid. P. 353.
1163
После раскрытия тайного Общества святого Иоанна Крестителя в 1841 г. Стурдза позволил Вайану покинуть Яссы. За год до этого Гика дал ему возможность улизнуть после раскрытия заговора Филипеску: Дашков – Нессельроде. 17 июня 1841 г. // Moldova și Țara Românească în timpul domniilor regulamentare. P. 352.
1164
Рюкман – Нессельроде. 27 марта 1839 г. // Ibid. P. 104–105.
1165
Ibid. P. 98–103.