Тьма в конце тоннеля. Обмен Райнеманна. Человек без лица.
- Автор: Годи Джон, Ладлэм Роберт
- Год: 1992
- Язык: русский
- Год: Днепркнига
- ISBN: 5-89975-031-6 (т.10), 5-89975-021-9
- Переводчик: Ю. Мельник
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Тьма в конце тоннеля. Обмен Райнеманна. Человек без лица.». Краткое содержание книги:
Иллюстрации художника О. В. Дергачева.
— Гут! А теперь поговорим о гестапо. — Райнеманн подался вперед, вены на висках вновь обозначились синими ручейками. — Вы обещали доказать свое заявление.
Сполдинг сделал это без особого труда.
К концу его рассказа Райнеманн дышал тяжело, глубоко. В глазах, полуприкрытых набрякшими веками, стояла едва сдерживаемая ярость.
— Благодарю вас. Уверен, объяснение всему этому найдется. А мы станем придерживаться графика… Простите, у меня был сегодня тяжелый день. В город вас отвезут. Всего доброго.
— Альтмюллер! — орал Райнеманн. — Идиот! Дубина!
— Ничего не понимаю, — пробормотал Штольц.
— Альтмюллер… — Райнеманн заговорил спокойнее. — В своих безумных попытках сохранить свое драгоценное ведомство незапятнанным он попал в лапы гестапо.
— Нет в Буэнос-Айресе гестаповцев, герр Райнеманн, — твердо заявил Штольц. — Человек из Лисабона лжет.
Райнеманн взглянул на дипломата. Сказал ледяным голосом:
— Меня не проведешь, герр Штольц. Этот Сполдинг говорил правду: ему не было смысла врать… Значит, Альтмюллер или угодил в гестапо, или предал меня. И послал гестаповцев, чтобы сорвать обмен, заполучить алмазы и уничтожить чертежи. Эти жидоненавистники заманили нас в ловушку.
— Я единственный, кто связан с Францем Альтмюллером напрямую. — Штольц вложил в слова все подобострастие, какому его научили годы работы в дипломатическом корпусе. — Вы сами, герр Райнеманн, на этом настояли. А сомневаться в моей преданности я вам повода не давал. Люди на Очо Калье уже почти закончили работу. Через день — два все алмазы будут проверены. Так что все идет по графику. Обмен не сорвется.
Райнеманн положил свои полные, но изящные руки на перила и посмотрел вдаль:
— Застраховаться можно лишь вот как, — тихо произнес он. — Дайте радиограмму в Берлин. Пусть Альтмюллер приезжает сюда. Иначе обмен не состоится.
10
— Алло?.. Алло, — произнесла Джин сначала заспанным, а потом изумленным голосом.
— Это Дэвид. У меня нет времени извиняться. Я хочу увидеться с тобой. Немедленно.
— Дэвид? О боже!..
— Через 20 минут я буду у тебя в кабинете.
— Ради бога…
— Приди, пожалуйста. Ты нужна мне, Джин! Нужна!
Джин встретила его у посольства. Вместо слов она сильно сжала ему руку.
Войдя в кабинет, Джин обняла Дэвида. Он почувствовал, как она дрожит.
— Дэвид, прости меня, прости, прости. Я себя вела ужасно. Как дура.
Он взял ее за плечи:
— Тебе очень нелегко решить, как быть со мной, да?
— Подчас кажется, у меня нет сил. А ведь я всегда считала себя волевой… Не надо. Пожалуйста, не надо… ни во что больше впутываться.
— Тогда ты должна мне помочь.
Джин отстранилась от него:
— Я? Как?
— Ответь на мои вопросы… И не вздумай лгать, я это сразу замечу.
— Лгать?.. Не шути. Я тебе никогда не лгала.
Он поверил ей, но легче ему не стало. И яснее — тоже.
— Откуда ты знаешь название «Тортугас»?
Джин сняла руки с шеи Дэвида; он отпустил ее.
— Первый раз в жизни я пошла на подлог. И не стыжусь этого. — Джин повернулась и взглянула Дэвиду прямо в глаза. — Я спустилась в подвалы… без разрешения… и прочла твое личное дело. Клянусь, это самое краткое досье за всю историю дипломатического корпуса.
— Что там написано?
Джин пересказала.
Сполдинг подошел к окну, вид из которого открывался на лужайку у посольства. Рассветное солнце висело над горизонтом, роса блестела на траве. Это напомнило Дэвиду об освещенной прожекторами лужайке возле усадьбы Райнеманна. И… о ключе к шифровке. Дэвид отвернулся от окна: «Мне надо поговорить с Боллардом».
— И это все, что ты хотел мне сказать? — По всему виду Джин было заметно, что она обижена.
— Твоему не совсем воображаемому Дэвиду нужно заниматься делом. Такова его жизнь.
— И мне ее изменить не под силу?
Дэвид приблизился к Джин:
— Увы, не под силу… Как жаль, что ни ты, ни даже я не можем ничего с этим поделать. Не могу убедить себя, что — перефразируя одну молодую женщину — от моих действий зависит исход войны… Видно, я работаю просто по привычке. Или из самолюбия.
— Я назвала тебя классным специалистом, верно?
— Так оно и есть… Ты знаешь, кто я?
— Офицер разведки. Шпион. Человек, который шепчется по ночам, имеет дело с большими деньгами и еще большей ложью.