Генерал-адъютант Николай Николаевич Обручев (1830–1904). Портрет на фоне эпохи

Таможенная война и создание блока, охватившего Германию, Австро-Венгрию, Италию, Сербию, Румынию, привели Россию в состояние далеко не блестящей изоляции. Следует отметить, что с середины восьмидесятых и по начало девяностых годов XIX века Германский Большой Генеральный штаб и при Гельмуте фон Мольтке, и при Альфреде фон Вальдерзее исходил из идеи нанесения превентивного удара по России основными силами германской и австро-венгерской армий1465 при обороне против Франции вместе с Италией (предусматривалась даже возможность отправки части итальянской армии на верхний Рейн)1466. Демонстрация развития русской военной мощи летом 1890 года вместе с другими несомненными успехами в области обороны, достигнутыми Россией, все же не остались незамеченными в Берлине. В начале 1891 года Вальдерзее сказал о планах кайзера: «Он хочет быть собственным начальником Генерального штаба. Боже, храни Отечество»1467. В феврале 1891 года генерал-фельдмаршал был смещен с поста начальника Генерального штаба, на его место назначили 58-летнего генерала, имевшего репутацию одного из лучших штабных работников германской армии. Это был граф Альфред фон Шлиффен.

В декабре 1892 года он изложил свои взгляды на причины, диктующие, по его мнению, необходимость отказа от плана нанесения удара по России, принятого его знаменитыми предшественниками: «Выполнение этого плана уже представлялось сомнительным, когда русские начали укреплять переправы через Нарев, а именно – сооружать укрепления у Ломжи. Если эти укрепления и не обладают значительной способностью сопротивления, то преодоление их все же обусловлено привлечением тяжелой артиллерии, бомбардировкой, штурмом и, следовательно, потерей времени, которая благоприятствует сосредоточению неприятельских боевых сил к угрожаемым пунктам. Предположение, что из этих боевых сил ко времени нашего наступления против Ломжи немногие еще могли быть на месте – ныне больше не оправдывается. Россия в течение многих лет работы так целесообразно организовала свою мобилизацию, приспособила дислокацию своей армии в мирное время к потребностям войны и до такой степени усовершенствовала и умножила свои железные дороги, что, несмотря на свое огромное протяжение и редкое население, мало или даже вовсе не уступает в готовности к войне своим находящимся в более благоприятных условиях западным соседям. Поскольку, кроме того, она достаточно осторожна, чтобы производить свое стратегическое развертывание за укрепленной речной линией, то ей приходится меньше, чем какой-либо другой державе, опасаться неожиданностей или внезапных нападений. Прибавьте к этому, что России довольно точно известны наши намерения и что, в соответствии с этим, она недавно разместила свои силы»1468.